— Прости, но это правда! — с самодовольным тоном произнесла Маришка.
— О, сейчас спадет защита! — неожиданно пропела Елена, со злорадством наблюдая, как Василиса безуспешно пытается распутать волосы.
Услышав о защите, девочка прильнула к окну.
И тут же произошло чудо.
Край черного покрывала словно откинулся на миг, и через всю небесную темень прорезался великолепный, ярко освещенный огнями замок. Он поднимался прямо из воды, стены и башни его поблескивали красным, будто бы освещаемые лучами закатного солнца… Но когда они подлетели ближе, Василиса разглядела, что замок был построен из некого ярко-красного, сияющего изнутри камня.
— Красиво… — признался Лёшка.
— Я хочу, чтобы ты хорошенько взглянула на замок твоего отца! — прошептала Елена Василисе прямо в ухо. — Черновод выдолблен прямо в громадном коралловом рифе… Очень дорогой часодейный проект — полвека строили!
Карета понеслась вдоль красной стены, мимо тонких и узких башенок со светящимися оконцами. После чего промчались над пристанью, возле которой покачивалось на воде несколько десятков пришвартованных кораблей. Паруса их были спущены, а на мачтах развевались разноцветные флаги.
«Интересно, — подумала Василиса, — Ник бывал в Черноводе? Ему бы здесь так понравилось…»
— Не был до твоего появления.
— А вот и дом родной, — ехидно прошептала Елена.
Василиса глянула в окошко и обмерла: карета, не сбавляя хода, неслась прямо на кованые, наглухо закрытые ворота. Они же сейчас разобьются!
— Не переживай, не разобьються. — успокоил её Нортон.
Госпожа Мортинова с усмешкой наблюдала за Василисой, а та не могла оторвать взгляда от приближающегося препятствия. И вот, когда столкновение казалось неизбежным, ворота расплылись в воздухе. Карета проскочила сквозь них, словно через туман.
Ну конечно, карету же тонкороги тянут, только черные… Василиса подумала, что случилось бы, если бы такие животные водились в ее мире, на Земле, то есть на Остале.
— Начали бы ими пользоваться вместо остальсикх приборов. — усмехнулся Примаро.
— А какие они называются, Лёшка? — обратился к тому Рэт.
— Машины. — ответил тот.
Это была бы катастрофа, ужас! Над головой летели бы тысячи карет, зато дороги стали бы наконец сугубо пешеходными.
Их же карета сделала большой скачок, жалобно скрипнув рессорами, дернулась несколько раз, замедляя ход, и остановилась.
— Твой выход, фейра. — произнесла Елена.
— Она меня уже достала. — произнесла Захарра.
Василиса не заставила себя упрашивать и, распахнув дверцу, выпрыгнула из кареты. Елена не спеша вылезла вслед за ней, расправила платье, коснулась прически, любуясь в зеркало, возникшее неизвестно откуда. Вокруг было полутемно и сыро, словно в подземелье. Василиса же вовсю разглядывала черных тонкорогов: те грозно вздували желваки под тонкими скулами и нетерпеливо били копытами, искрящимися в золотой пыли. Один из зверей глянул на девочку злым желтым глазом и громко всхрапнул, словно простая обеспокоенная лошадь. Василису это особенно восхитило: ей вдруг остро захотелось прокатиться на резвом и злобном малевале.
Но Елена хлопнула в ладоши, и карета исчезла вместе с тонкорогами и зеркалом.
— Магия! — загадочно произнёс Лёшка.
— Эфер. — поправила его Николь.
Она еще раз хлопнула в ладоши.
В глаза ударил яркий свет тысячи канделябров, свисающих с потолка хрустальными гроздьями. Стены из камня были покрыты дорогими ткаными гобеленами и картинами в огромных золотых рамах, пол под ногами переливался разноцветной мозаикой.
Неожиданно зазвучала тихая торжественная музыка, и Елена в очередной раз схватила Василису за плечо. Они двинулась вместе по длинной изумрудной дорожке ковра, тянувшейся через весь зал к трем пустующим креслам с высокими спинками. Издалека казалось, будто те сделаны из чистого серебра. Позади кресел находилась потрясающая картина: огромный диск луны и черные ветви ивы на его фоне.
Возле серебряных кресел Елена резко остановилась, заставив проделать то же Василису, и замерла.
— Троны Триады, — прошептала она, словно в забытьи. — Наш великий Орден… Подумать только, я двенадцать лет не была здесь!
— Теперь ты никогда сюда не придёшь. — заверил Нортон с улыбкой.
Она вдруг крепко сжала руку Василисы и свирепо взглянула на девочку, словно та была виновата в том, что Елена не была здесь целых двенадцать лет.
— К сожалению, это так. — ответила Лисса, тяжело вздохнув.
Мортинова вновь потащила Василису за собой. Они обогнули троны и приблизились к картине на стене, оказавшейся мозаикой, составленной из маленьких кусочков стекла.
Госпожа Мортинова аккуратно нажала на некоторые из камешков — по-видимому, в определенном порядке. Внезапно в картине, осыпаясь мелкой стеклянной крошкой, прорезалась прямоугольная дыра в человеческий рост, как бы приглашая войти. Елена еще больнее стиснула плечо Василисы, увлекая за собой внутрь.
Женщина и ее маленькая пленница долго шли по узкому каменному тоннелю, похожему на звериную нору, на стенах неярко светили факелы в железных кольцах, остро пахло гарью.
— Фу! — представила Диана. — Неприятный запах.
Казалось, тоннелю не будет ни края ни конца.
Мрачный коридор неожиданно закончился изящной витиеватой лестницей, ведущей высоко вверх. Ступеньки были полупрозрачными, изнутри исходил слабый, льющийся откуда-то свет, а по перилам вились, как живые, каменные цветы и листья, переплетаясь в причудливом узоре.
— Как же здорово! — вырвалось у Василисы.
— Начинаются жилые покои, — ответила на это Елена. — Только для высших часовщиков. Простые люди здесь долго не задерживаются.
— Это она так про тебя?! — не понял Фэш.
— Наверное. — пожала плечами Василиса.
— Ну я ей задам потом, когда расчасую!
На ее лице отразилась неприятная ухмылка, которая совсем не понравилась Василисе.
Поднявшись по удивительной лестнице, они оказались в круглом зале, посреди которого возвышался на постаменте круглый бассейн с фонтаном. На бортике, выложенном синей мерцающей плиткой, весело играли огни. А в непроницаемо черной, переливающейся, словно шелк, воде лениво плескались девушки со странной полупрозрачной кожей. Завидев Елену с Василисой, они подплыли к бортику, с любопытством разглядывая прибывших. Волосы девушек шли по голове ровными и густыми рядами косичек, зелеными змейками спускаясь к плечам и полностью исчезая в черной воде. Василиса поежилась: в неестественно круглых, словно рыбьих, глазах купающихся застыли тоскливые огни, а лица выглядели довольно угрюмо для девичьих.
— Русалки? — спросил Данила.
— Да. — ответила Дейла.
— Это вода из источника, бьющего глубоко под землей, — неожиданно произнесла Елена. — Именно из-за него замок твоего отца называют Черноводом. И только в подобной чародейной воде можно содержать русалок в неволе.
Как бы в подтверждение этих слов, одна из девушек резко всплеснула хвостом, забрызгав остальных. Русалки мгновенно отвлеклись на игру: начали гоняться друг за другом, плавая, как рыбы, и хохоча, словно дети.
— Милые! — улыбнулся Лёшка.
— Ага, когда они тебя тянут за собой. — сказал Маар, усмехаясь.
— Эх, а я думал все русалки мирные…
— Я и есть мирная. — зло фыркнула Диана.
— Ты русалка?!
— Я всего — лишь превращаюсь в неё.
— Аа.
Елена брезгливо поморщилась:
— Глупые эферные создания.
— Сама она глупая, истеричная и мерзкая дама! — разозлилась Диана.
— Жаль, что она зачсована. — произнёс Фэш, хмурясь. — Иначе бы я на месте её убил за то, что она так говорит о моей девушке и подруге.
Василиса же во все глаза разглядывала настоящих русалок, гадая, сколько еще чудес таит в себе отцовский замок. Но Елена не хотела задерживаться возле бассейна и вновь потащила ее за собой.
Одна из русалок сделала странный знак рукой, по-видимому пытаясь привлечь внимание девочки. Василиса решила в ответ кивнуть как можно участливей. Русалка расстроенно плюхнулась на спину и резко ушла под воду. Наверное, бассейн был очень глубоким.