— Не все, — возразила Диара.
— Чего вы нас такими представляете, мужчины? — спросила Лисса.
— Мы между прочим много чего умеем, — добавила ЧК.
— Ну… — не мог объяснить Нортон.
— Ну! Отвечай, дуралей!
— Мама!..
Марк ухмыльнулся — ему понравилось размышлять в таком ключе. Да, госпожа Мортинова — красивая, умная, бесстрашная, хитрая. Но — слабая, как и все представительницы прекрасного пола… Интересно, зачем она вызвала Марка в Рубиновый Шпиль так поздно?
Мимо промелькнула крылатая повозка — словно щебет быстрых стрижей, донеслись веселые и звонкие девчоночьи голоса. Наверное, ученицы школы светлочасов возвращались с занятий…
«Все вы глупые, маленькие дети, — вновь пронеслось в мозгу у Марка. — Только я, со всей нашей черно-белой школы, смог подняться до самых вершин, и теперь сильные мира сего общаются со мной на равных, зовут в гости».
— Ой Ляхтич, что за мысли у тебя?! — засмеялась Дейла.
— Это вообще… — поддержал Фэш.
— Я уже боюсь представить что он обо мне думает, — хмыкнула Василиса.
— Ой ты меня уж извини… — начал Марк.
— Что? Там ты что — то про меня сказал?
— А…узнаешь.
Даже великий Дух Осталы благоволит к нему. Как жаль, что Марк не смог принести Астрагору хрустальное сердце Алого Цветка. Сердце планеты! При воспоминании об этом худое, острое лицо мальчишки на мгновение ожесточилось, в глазах вспыхнула злость. Кто бы мог подумать — все из-за этой маленькой рыжей девчонки! Если бы он знал, сколько будет неприятностей, задушил бы Огневу еще тогда, в подземелье. И не было бы никакой черной ключницы.
— Ничего-ничего, недолго тебе еще осталось… — с ненавистью прошептал он.
— Нифига себе ты так обо мне! — засмеялась Василиса.
— А слова противоположны происходящему, — улыбнулся Родион.
— Ну потом поменял о тебе мнение, — пожал плечами Марк.
— Конечно! Во всём я виновата! — цокнула Василиса.
— Ничего себе ты так Марк был в Василису влю… — не успел договорить Норт.
— Молчи! — перебил его Марк.
— Ой, прости.
Возле ворот его встретил лакей и сообщил, что послан лично проводить почетного гостя в покои госпожи Мортиновой. К Марку вновь вернулось чувство собственной значимости — вышагивая по коридору, устланному пушистыми разноцветными коврами, он изредка позволял себе снисходительный взгляд в сторону лакея, его ровесника.
«Так всегда было в этом мире, — лениво размышлял он, на ходу поправляя манжеты идеально белой рубашки. — Одни созданы для правления, другие — для вечного подчинения первым…»
Наконец раскрылись двери из красного дерева, инкрустированные лилиями и птицами, пропуская Марка в личный будуар Мортиновой.
Здесь царил мягкий красноватый свет, распространяемый матовыми светильниками, расставленными повсюду в причудливо изогнутых золоченых чашах. Их свет тонул в бархатной обивке кресел и пуфов, пропадал в складках красно-золотых штор, лениво колышущихся на раскрытых окнах, сверкал на переливах хрустальной посуды. Тихо журчал фонтан в виде золотого павлина, из тонкого клюва которого стекала изящная водяная струйка.
Сама Елена восседала на мягкой, пышно задрапированной софе рубинового цвета. Для приема гостя она надела тонкое длинное платье из черного шелка, украшенное простой, но изысканной брошкой в виде золотого крыла летучей мыши. На ее лице совершенно не было макияжа, даже волосы она просто заколола гребнем в виде затейливой часовой стрелы — сейчас госпожа Мортинова казалась не старше любой из своих учениц. И все равно — гораздо красивее…
— То есть, ты был в неё влюблён, да? — спросила Эсмина.
— Нет, — ответил Марк. — Я с уважением к ней относился.
— А любил он меня, — подмигнула Маришка.
— Да и ещё…одну.
Марк глубоко вдохнул густой, сладкий аромат цветочных благовоний, идущих от курильницы, подвешенной в углу, около дивана, и совершенно расслабился.
При виде своего любимого воспитанника госпожа Мортинова любезно улыбнулась и, не вставая, протянула ему руку для поцелуя.
Марк подошел, склонился в легком поклоне. Краем глаза он успел заметить изящно сервированный столик и вновь заволновался. Его сердце радостно встрепенулось в предчувствии чего-то необыкновенного.
— Присаживайся, Марк. — Мортинова указала на кресло, стоявшее возле столика.
Парень повиновался, немного разочарованный тем, что часовщица не предложила присесть рядом с собой. Наверное, для нее он навсегда останется маленьким мальчиком, которого она взяла под свое крыло еще двенадцать лет назад.
— Да… — цокнул Ляхтич. — Это были прекрасные времена…
— Там мы и познакомились… — мечтательно произнесла Маришка.
— Это да. Я тогда на тебя сразу же запал.
— Мда… — тяжело вздохнула Дейла. — Детство у тебя было что надо.
— У Фэша было хуже детство, чем у меня.
— Это да, — согласился тот. — Но тебя все равно жалко…
— Извини, что пригласила тебя так поздно… Столько хлопот с исчезновением ключников… Сегодня снова пришлось весь день провести в РадоСвете. Лазарев упорно отказывается отвечать на вопросы… Еще бы, ведь сам Астариус его покрывает.
— Они все уехали на Осталу, — уверенно заявил Марк. — Я бы советовал проверить старых друзей Огневой… Например, того остальца, Рознева. Только прикажите, и я лично к нему съезжу.
— Ах, оставь, дорогой, — отмахнулась часовщица. — По их следу уже идут специально обученные люди… А у нас с тобой есть дела поважнее…
— Как скажете, госпожа. Но вам стоит только приказать, и я выполню любое ваше пожелание.
— Твою ж… — тяжело вздохнула Захарра.
— Вот моя ошибка… — протянул Марк.
— Да я вот оно в чём заключается… — согласился Ярис.
— Жалко, что тебя предала эта… — добавил Нортон. — Да она уже тебе точно не нужна.
— Как и всем, — улыбнулся Марк. — Как я рад, что она русалка.
Елена улыбнулась, принимая кокетливую позу женщины, уверенной в своей красоте и власти.
На столике появились два хрустальных бокала и графин с янтарно-золотистой жидкостью.
— Это редкое «ледяное» вино, — бархатно прозвучал голос Елены. — Возраст — пятьдесят лет, но разлили его по бутылкам тысячелетие с лишним назад, незадолго до того, как Эфларус расколол свой замок… Необычный напиток. Для его производства виноград собирают поздней осенью, где-то после первых заморозков и сразу же отправляют под пресс. Поэтому вино получается притягательно сладким. Я берегу его для особых случаев.
— Я пробовал это вино, очень вкусное, — улыбнулся Нортон.
— И опять вернулся мой старый алкаш Нортон, — победного улыбнулся Миракл.
— Замолчи! Я не алкаш!
— Ага пьяница, конечно.
Елена сделала еле заметный кивок, и бокалы наполнились сами по себе густым, тягучим вином.
— Мой милый Маркус, — торжественно произнесла Елена. — Я вижу, ты заинтригован и теряешься в догадках, зачем я пригласила тебя… — Она подарила ему таинственную улыбку. — Ты вырос, возмужал, отличился в делах. Я доверяю тебе больше, чем кому-либо из моих людей. Вот поэтому я решила сделать тебя своим первым помощником…
Марк застыл, на мгновение потеряв дар речи. Сбылось то, о чем он так мечтал, — часовщица возвысила его, максимально приблизив к себе… Она доверяет ему! И если госпожа Мортинова возглавит РадоСвет, как все поговаривают, то Марка ждет блестящая карьера молодого советника, о которой он так мечтал. А там и до трона главы Астрограда недалеко!
— Ой Марк… — хлопнули себя по лицу все.
— Боже, как я был наивен… — тяжело вздохнул Ляхтич. — Это просто ужас…
— Милый, я бы больше сказала…- хмыкнула Маришка.
— Это кошмар-р… — поятнул Рэт.