— А, так они не безвредны? — спросил Лёшка.
— Нет, — ответила Василиса. — Не безвредны.
— Ух как хорошо. Я уже обрадовался. А почему мне раньше не говорила?
— Просто ждала пока мы дойдём до этого момента и я тебе расскажу.
— Ну спасибо, блин!
Мантиссы словно ждали приказа и действительно стали разбредаться. Продолжая крутить тиккер, девочка наблюдала, как Рэт, вызвав темно-зеленые с серебром крылья, устремился за угрюмым стариком в широком, развевающемся плаще, Маришка полетела за красивой длинноволосой женщиной в одной ночной рубашке, а Феликс погнался за каким-то оборванцем — судя по тому, как он испуганно оглядывался назад, этот мальчик из прошлого просто украл вечнолампу.
— Огнева, это и тебя касается, — произнес Рок, когда на лужайке не осталось ни одного ученика. — Выбирай знакомых.
Напоследок он хмуро посмотрел на девочку, а затем, сотворив серебристый овал нуль-зеркала, пропал в дымке перемещения.
Тем временем теневые картины становились все ярче и отчетливее. Люди с лампами в руках все прибывали и прибывали, Василиса увидела среди них даже Астрагора! Дух прошел мимо нее — один, в прежнем стариковском обличье, упакованный в неизменный черный мундир, наглухо застегнутый до самой шеи. Вечнолампа в его руках тускло освещала усталое и хмурое, сосредоточенное лицо. Неужели под «знакомыми» Рок имел в виду мантиссу своего отца? Да уж, хороший «знакомый»…
— Идеальный знакомый, — проятнула Гроза.
— Фееричный просто, — добавила Николь.
— Меня от него уже просто тошнит, — цокнул Фэш.
— Не тебя одного, — поддержал Марк.
Не успела Василиса так подумать, как увидела легкую, изящную фигуру в простом белом платье, мгновенно приковавшую к себе ее взгляд. Тиккер чуть не выскользнул из пальцев — перед Василисой пробежала и скрылась за ближайшим кустом, подстриженным в виде шара, сама Лисса, Белая Королева. Ее мама…
Василиса кинулась за ней, интуитивно доставая из медальона свою «личину» — черную кружевную маску, подаренную Родионом Хардиусом. Прадед говорил, что, лишь надев ее, можно увидеть самые важные мантиссы — те, что ускользают. Правда, долго маску носить нельзя, потому что станешь виден для разных эррантий, да и вообще можешь затеряться в безвременье… Но разве это важно, когда можно увидеть свою маму, а может, и поговорить с ней?!
— Нет, поговорить у меня не получилось… — цокнула Василиса.
— А значит слова противоположны происходящему… — проятнул Родион.
— Почему именно сейчас? — спросил Марк. — Ну почему эта фраза не весёлая?
— Вот так вот.
Лишь только черная кружевная маска, сотканная из двух павлиньих хвостов, легла на верхнюю половину лица, окружающий мир изменился. Стены замка, увитые плющом, ровные кусты и высокие деревья, белоснежные статуи, бесчисленные дорожки из гравия — все потемнело, приобретая блеклый, серый оттенок. Сам воздух будто сгустился, стало трудно дышать, как в закрытом и душном помещении.
— Лисса! — отчаянно позвала девочка и в тот же миг заметила край белого платья, мелькнувший на самой верхней галерее, опоясывающей все четыре стены замка. Василиса молниеносно взмыла, изо всех сил работая крыльями, чтобы успеть догнать мантиссу матери. И удивилась, насколько возросла ее собственная скорость: прошло всего несколько секунд, а Василиса уже летела по той же самой галерее. Поворот, выход на винтовую лестницу и вот — знакомая зубчатая стена.
На самом верху стены никого не было. Но Василиса успела заметить шлейф огненно-рыжих волос, скрывшийся за зубцами угловой башни, и моментально ринулась в ту сторону.
— А вот и я… — тяжело вздохнула Лисса.
— И что там было, Василиса? — с любопытством спросил Нортон.
— Ну вообщем… — ответила та. — Кое — что интересное.
— И что же?
— Щас узнаешь.
Очутившись внутри, Василиса сразу узнала круглую комнату без окон и дверей. Здесь находилась та же кровать с резной спинкой из шишек и пик, полукруглый книжный шкаф, камин с решеткой из змеиных голов. Только зеркало оказалось другим — прямоугольным, в раме из цветов и крыльев фей. Да и подсвечники для переходов стояли другие — из меди, в узоре из мелких завитушек. Но в остальном комната оказалась зеркальным двойником Василисиной — даже вечнолампа с абажуром из синего стекла все так же стояла на низком столике.
Тем временем Лисса беззаботно уселась на белую шкуру и, поджав под себя колени, уставилась на огонь. Сейчас она была похожа на простую девчонку. Вот будущая Белая Королева поправила волосы игривым жестом уверенной в себе красавицы, и вдруг на лифе платья сверкнуло черно-золотое крыло — та самая брошка, которую Василиса нашла в этой комнате.
— Лисса! — вновь позвала девочка, но мама ее не услышала. Наверное, это маска скрывает людей от мантисс… Девочка уже хотела снять маску, как вдруг зеркало прозвенело, и в комнату со смехом ввалился Нортон-старший.
— Чего?! — удивились все.
— Тот самый момент… — на одном дыхании произнесла Лисса.
— М- да… — цокнула Василиса. — Щас Норт и Дейла меня возненавидят и вновь будут долго ненавидеть. В придачу с Николь.
— В чём дело? — не понял первый. — Ничего мы с сёстрами тебя не будем ненавидеть.
— Вот именно, — поддакнула Дейла. — С чего ты милая взяла?
— Смотрите… — сказала Василиса, указав на книгу.
Отец был одет в богатый, с вышивкой, костюм, выглядел молодым и веселым, а кроме того, имел весьма заговорщицкий вид.
— Не спишь? — поинтересовался он, усаживаясь рядом с Лиссой. Он попытался ее обнять, но девушка отстранилась.
— Нет, потому что знала, что ты придешь, — ответила она довольно холодно.
— Злишься?
— Ты снова был в другой параллели.
— Ты же знаешь почему, — искренне возмутился он. — Я готовлю для нас убежище. Если он… Чтобы мы могли спрятаться, если Астариус выберет меня Временем.
— Или меня, — возразила девушка. — Ты хороший изобретатель, не спорю, но я — хороший специалист по будущему.
— Это неважно. Потому что в любом случае мы убежим вместе.
— Слова противоположны происходящему… — цокнул Родион.
— Блин, за что? — грустно спросил Марк. — А могли и жить вместе…
— Да, но Норт и Дейла… — на одном дыхании произнесла Василиса.
— Мы бы ревновали, да, но сейчас то нет… — отрицательно покачала головой вторая.
— Точно?
— Точно, — ответил Норт.
— Разве ты не хотел бы стать самим Временем?
На лицо отца набежала легкая тень.
— Астрагор никогда этого не позволит. Ты прекрасно знаешь.
— Да, он совершенно точно проведает о плане Астариуса, — кивнула Лисса. — Я видела это в будущем. И видела кое-что еще… Астрагор, — ее голос перешел на шепот, — попытается нас разлучить… Я очень люблю тебя, Нортон… Всей душой, всем сердцем, — горячо добавила она. — Но я видела, что наша нить судьбы тонка и вот-вот оборвется… У нас нет будущего… Почти нет.
— Не говори ерунды, — возразил Нортон и наконец-то привлек к себе Лиссу. — У нас будет одна судьба, если мы захотим. Помни о силе духа!
— Боже, это так трогательно… — проятнул Примаро.
— За что это всё? — цокнула Маришка. — Бедная… Василиса.
— М- да…- закатил глаза Родион. — Даже моя фраза здесь уже отдыхает в сторонке.
— Это уж точно, — кивнул Марк.
— Наше будущее зависит только от Астрагора, — горько ответила Лисса. — А он не захочет нас отпустить.
Нортон привлек ее к себе и поцеловал в губы, а затем — в обе щеки.
— Каждый сам повелевает своей судьбой! Помни об этом. Я хотел бы, чтобы у нас родилась дочь, — вдруг произнес Нортон-старший. — Такая же, как ты, — рыжая-рыжая, с васильковыми глазами. Лисса-Василис-са. Как тебе имя?
Но Лисса почему-то нахмурилась.
— Ты знаешь, что у нас может ничего не получиться. Ты — полу-дух, я же — фея… А вдруг у нас родится фейра?
— Ага, конечно, — с улыбкой протянул Фэш.
— Не дождёшься, мама! — засмеялась Василиса.
— Это уж точно, — хихикнула Лисса.
— А вот сейчас слова противоположны происходящему! — засмеялся Родион.
— Точно!!! — обрадовался Марк.