— Да, это жёстко.
— И вы не можете вернуться в ту параллель? — спросил Лёшка.
— Почему, можем.
— Просто, что там делать? — усмехнулась Дейла.
Василиса нахмуренно слушала.
— А что случилось с Нирой? — неожиданно спросила она.
Зодчий ответил не сразу.
— С матерью Норта и Дейлы все в порядке… Если так можно назвать то, что произошло. Ведь параллель гаснет… Нортон забрал детей с собой, но Нира не захотела уходить в другое время и осталась… Осталась, надеясь на лучшее, — что Нортон когда-нибудь вернется.
— Ну еще бы, — буркнула Василиса. Ее сердце разрывалось между сочувствием и ревностью к этой загадочной женщине. С одной стороны, она понимала ее, ведь всеми силами та пыталась спасти свою любовь, свою жизнь и время. Но с другой стороны, эта женщина была невольной соперницей ее собственной матери, Лиссы!
— Мне кажется, вы не все рассказываете мне, как и всегда. — Василиса бесстрашно глянула на Миракла, решив во что бы то ни стало добиться правды. Кто знает, будет ли еще такая возможность?
— Миракл вообще не всю правду рассказывает, — хмыкнул Нортон.
— Кто бы говорил! — протянул тот.
— Вот здесь я даже на стороне Миракала, — сказала Лисса.
— Я не удивлён, — закатил глаза Огнев.
— Вот, скажем, — уверенно начала девочка, — почему Черная Королева отдала Стальной Зубок мне, а не Маару, ведь он был ее воспитанником? И как так получилось, что именно я смогла завладеть синей искрой и вернуть время в Расколотый Замок? Или вот… чашу Алого Цветка срезал не Марк, но он принес ее Астрагору. Нет ли здесь какого-то совпадения, что именно это стало причиной страшного выбора Астрагора? И почему Белая Королева подарила мне часодейный медальон, который так удобно использовать как тиккер?
Василиса шумно перевела дух. Все эти вопросы давно вертелись у нее на языке, кружили в мыслях, не давали спать по ночам. Почему, почему, почему? Девочка чувствовала, что все эти события как-то загадочно связаны между собой, переплетаясь в общую нить судьбы. Ее судьбы, Василисиной…
— Да, так оно и есть, Василиса, — кивнул Нортон.
— Твоя жизнь только началась, — добавила Диана.
— А тогда что было? — спросила она.
— Тогда было просто… — проятнул Миракл.
— Приключение. Я поняла.
Тем временем они вышли из-под арки с высоким стрельчатым верхом и очутились в большом зале — том самом, с решетчатым стеклянным потолком и мраморными лестницами, в котором когда-то произошло неудачное перевоплощение Астрагора в Фэша, повлекшее за собой большое сражение.
Это воспоминание придало Василисе решимости. Она вдруг осознала в полной мере, что ее враг — не Елена Мортинова. И уж точно не отец. Не Марк, Норт или Маришка.
Самый главный враг тот, что разрушил ее семью, зачасовал Яриса и Марка, закрыл Фэша в Пустоте, хотел уничтожить Эфлару, а сейчас собирается стать самим Временем — это Астрагор. Так получалось, что тень великого Духа Осталы всегда маячила где-то рядом, чуть только в ее жизни происходило что-то ужасное и неправильное, что могло разрушить ее судьбу.
Рэт выбежал на середину залы и, расстелив карту прямо на полу, среди обломков старых вещей и самого разнообразного мусора, достал часовую стрелу и принялся водить ею в воздухе — очевидно проверяя местоположение. Миракл не вмешивался, хоть и кинул в сторону мальчишки ироничный взгляд.
— Иш какой Рэт! — засмеялся Примаро.
— Наверняка почувствовал себя главным, — усмехнулся Миракл.
— Ещё бы! — ответил тот.
— Я и не сомневался.
— Он хоть круче тебя, — улыбнулся Нортон.
— Ой, да пошёл ты! Я тебя не спрашивал!
— Так вы не расскажете мне всего, да? — снова спросила Василиса, рассеянно следя за действиями Рэта. — Зодчий Круг наверняка считает, что надо уберечь меня от всех потрясений, в том числе и от этой информации. Как я поняла, то знаю даже меньше Маара, да?
— Василиса, ты еще слишком юна, — осторожно начал Миракл, — а уже испытала многое… Зодчий Круг хочет оградить тебя от… скажем так, еще больших неприятностей. Все мы чувствуем, что близится великая часовая битва, где сойдутся в решающем сражении самые разные силы… И в результате которой вы все, ключники, можете крепко пострадать. Тебе, Василиса, грозит самая большая опасность. Прошу тебя, доверься нам. — Он сделал ударение на последнем слове. — Мы спрячем тебя в Черноводе, и в этот раз надежно, чтобы Астрагор или Елена больше не смогли причинить тебе вреда.
Василиса живо представила Одинокую башню и себя, томящуюся перед окном в ужасном, бессильном ожидании самых плохих новостей про своих друзей и близких.
— Вы снова недоговариваете, — упрямо произнесла она, глядя на зодчего исподлобья. — И не ответили ни на один мой вопрос.
— Ну это же Миракл! — засмеялся Ярис.
— Любит же что — то недоговаривать, — улыбнулся Фэш.
— Да, я такой, — с улыбкой заявил тот.
— Я бы так этим не гордился, — поддакнул Нортон.
— Я тоже тебе говорил?!
— Молчу, молчу.
— Извини, Василиса, я не могу посвятить тебя во все тонкости, но, поверь, это все ради твоего блага…
— Тогда и я не скажу вам, о чем разговаривала с Родионом Хардиусом.
Казалось, Миракл остолбенел от удивления. Но вскоре совладал с собой.
— Ты виделась со своим прадедом? — тихо и быстро спросил он. — Но где, когда?!
— В луночасе. И не только с ним, между прочим.
— Ты хочешь сказать, что научилась путешествовать во сне? — Невольно в голосе Миракла проскользнуло искреннее восхищение. — А ты не теряешь даром времени, молодчина!
Василиса почувствовала себя польщенной, но тут же постаралась это скрыть.
— Спасибо, — холодно произнесла она. — В общем, знаете, я лучше останусь. У меня есть для этого все основания. Например, я не очень верю, что из-за всех этих ваших глобальных планов и битв вы вспомните о Фэше.
Маар кинул на зодчего сочувствующий взгляд: мол, я предупреждал, чем еще больше разозлил Василису.
— Меня он тоже в этом моменте слегка вывесил, — сказал Нортон.
— Да ты здесь причём! — процедил Миракл.
— Ладно, ладно.
— Да, я помню, что все великие зодчие потерпели неудачу и все такое, — сухо произнесла она. — Но никто из них почему-то даже не предположил, что Фэша следует искать в Пустоте. В Хрустальной Комнате.
— Прости, что? — Миракл непонимающе прищурился. — Ты хочешь сказать…
— Василиса говорила нам, что общалась с Фэшем во сне, — терпеливо разъяснил Маар. — И Драгоций ей сказал, что сейчас находится в Пустоте. Впрочем, Маришка подтвердила этот факт — она видела, как среброключника запер в Пустоте Марк… Но сама потом не смогла проникнуть в Хрустальную Комнату, потому что ее Ключ оказался подделкой. Скорее всего, настоящий украли.
Миракл издал глухой, клокочущий звук, будто решил изобразить действующий вулкан.
— Почему вы раньше не рассказали?! — вдруг прогремел он, заставив обернуться к себе даже Рэта. — А ты, Василиса, сразу же должна была сообщить нам о Родионе Хардиусе, — произнес он едва слышно, не сводя глаз с ученика Астрагора, теперь изо всех сил прислушивающегося к их разговору. — Если, конечно, и вправду говорила с ним.
— Говорила между прочим, — улыбнулся Родион.
— Мне нужно было убедиться, — сказал Миракл.
— Для чего?
— Вдруг врёт.
— Да никогда! — возмутилась Василиса.
— Ну — ну!
— Как? — огрызнулась Василиса, вскипая все больше. — Я пробовала связаться с вами, но ничего не вышло — часолисты в Змиулане блокируют. А над моей комнатой вообще висят античасы.
— Вот почему тебе следует немедленно бежать, — скороговоркой произнес Миракл, наблюдая, как Рэт вразвалочку приближается к ним. — И без разговоров. Я обещаю, что мы узнаем, находится ли Фэш в Пустоте или нет. А вот ты, извини за прямоту, немедленно выходишь из игры.
— Только вначале найдем Бронзовую Комнату, — мрачно ухмыльнулась Василиса.
— Простите, что отвлекаю, но, возможно, вы решите присоединиться? — холодно произнес Рэт, с подозрением оглядывая всю троицу. — Я уже установил, что в этой зале хорошие временные потоки, поэтому предлагаю провести тиккеровку Ключа здесь. — Он с чувством превосходства посмотрел на зодчего.