— А Фэш что сказал? — спросила Дейла.
— Ничего, — ответила Василиса.
— Блин, больно!
— Извини, Василиса, — извинился Фэш.
— Да ладно, — махнула рукой та. — Всё нормально.
Василиса нервно улыбнулась ему и снова пустила медальон по кругу против часовой стрелки, в прошлое. Она так рассудила, потому что Родион Хардиус говорил о восьмерке как о замкнутом круге, а Миракл утверждал, что бронза — это память, время былого…
Она без особых усилий вызвала часовой флер — разноцветные цифры плотно усеяли весь инерционный купол, превратив его в пестрый колокольчик, переливающийся всеми цветами радуги.
Прошла минута, другая, пятая, а мантиссы все не появлялись. Василиса чувствовала напряжение присутствующих, видела, как замерла в ожидании ладонь Маара с Бронзовым Ключом. Она сосредоточила всю свою волю на вращении тиккера — только бы получилось, только бы произошло…
Но Бронзовый Ключ упорно молчал, и столь ожидаемый шлейф из восьмерок — знаков ключей — все не появлялся.
Рок презрительно сузил глаза, внимательно наблюдая за равномерным ходом медальона. От волнения Захарра сжала кулаки, а Фэш, внешне оставаясь спокойным, все же не выдержал и закусил губу, выдавая свою тревогу. Лишь один Миракл не смотрел на Василису, скользя рассеянным взглядом по стенам часовни, словно ему было все равно.
— Козёл бесчувственный, — процедил Нортон.
— Молчи давай, — цокнул зодчий.
— А, с вами была Захарра? — спросил Рэт.
— Да, а что? — усмехнулся Примаро. — Только щас понял?
— Типа того.
— Дурачок!
Василиса чувствовала общее беспокойство и собственную панику, нараставшую внутри. Что будет, если она сейчас не справится? Наверняка у Астрагора есть специалисты, владеющие тиккером. Конечно, Василиса еще и ключница, но вдруг Бронзовый Ключ не хочет раскрываться именно ей?
Девочка ощущала, что начинает тонуть в своих страхах и опасениях, что переживания мешают сосредоточиться, и вот онемевшая от напряжения рука мелко задрожала, и даже инерционный купол начал бледнеть…
И вдруг над головой Василисы промелькнула чья-то быстрая тень. Не отрываясь от тиккеровки, она осторожно подняла глаза и увидела Николь.
Да, это была та самая девочка-эррантия, немного смущенная, но, судя по легкой улыбке, настроенная доброжелательно. Она была одета в свое любимое длинное платье из тонкого белого материала. Ее волосы охватывал веночек из свежих васильков и ромашек, а на щеках играл яркий румянец, будто она только что вернулась с прогулки на свежем воздухе.
— А мы не видели Николь, — отрицательно покачала головой Захарра.
— Она же это самое, — на одном дыхании произнёс Марк.
— Маску надела, — договорил за него Фэш.
— А, забыла, — махнула рукой Драгоций.
Николь подлетела ближе и опустилась рядом с Василисой. К удивлению последней, никто не замечал новоприбывшую: Маар не сводил глаз с продолжавшего крутиться на цепочке медальона, Фэш с подозрением наблюдал за самой Василисой, Захарра и Миракл смотрели по сторонам — очевидно, чтобы не смущать черноключницу пристальным вниманием.
Сама же Николь внезапно нахмурилась и сердито покачала головой, похоже не одобряя действий Василисы.
— Я делаю что-то неправильно? — тихо прошептала та.
— Нет милая, — улыбнулась Николь. — Ты все делала правильно.
Вместо ответа Николь тронула медальон, нарушив его движение по кругу. После чего ее ладошка легла на пальцы Василисы, сжимавшие нить цепочки, и заставила тиккер двигаться немного в другом направлении.
Медальон начал описывать над Бронзовым Ключом восьмерку за восьмеркой.
«Вот это да! — потрясенно подумала Василиса. — А ведь Родион Хардиус говорил мне о связи восьмерки с тиккером!»
Выходит, просто следовало поменять движение тиккера? Пустив его не по кругу, как обычно, а по траектории восьмерки — знаку бесконечности, олицетворяющей связь между прошлым и будущим, связь движения по часовой стрелке и против часовой стрелки…
— Молодец, — одобрила Диара.
— Сразу поняла, как выйти из данной ситуации, — добавила Лисса.
— Мы тобой гордимся, — подмигнул Фэш.
— Спасибо, — поблагодарила Василиса.
— Василиса, что ты делаешь? — с интересом спросил Миракл, прерывая философские размышления девочки. — Ты… уверена?
Вместо ответа Василиса подняла на него сияющий взгляд: да, теперь она точно была уверена.
И вот, в подтверждение ее мыслей, Бронзовый Ключ начал превращение: его структура вдруг потеряла твердость металла, расплавилась, забурлила, вскипая пузырями, словно раскаленная лава, брызнула вверх фонтаном и — осыпалась песочной крошкой.
Глаза Маара распахнулись от удивления: на его ладони лежала коричнево-золотистая горстка песка, лишь отдаленно напоминающая очертания ключа. Вдруг, словно под флейтой заклинателя змей, из песка поднялся тонкий дымок, все более и более увеличиваясь в размерах, пока не навис над Василисой и Мааром огромным мерцающим облаком насыщенного охристо-коричневого цвета.
Василиса завороженно наблюдала за тем, как пылинки, похожие на мелкий-мелкий бисер, собираются в тугие жгуты, заворачиваясь восьмерками, и одновременно курсируют в сторону стены, увлекая за собой весь поток.
— Да, это очень увлекательно, — проятнул Фэш.
— Причём очень, — добавила Захарра.
— Жаль, что я не посмотрела на этот процесс, — цокнула Эсмина.
— Ничего, еще покажем, — заверила Василиса.
Все, кто был в часовне, устремились в ту сторону, жадно всматриваясь в каменную кладку, густо увитую плющом. Василиса оглянулась в поисках Николь и увидела девочку в самой вышине, под витражным куполом. Она послала Василисе воздушный поцелуй, весело помахала на прощание рукой и исчезла.
— Смотрите, появляется дверь! — возбужденно выкрикнул Маар, и Василиса, больше не мешкая, направилась к остальным.
И вовремя: в том месте, где больше всего сгрудилось золотисто-коричневых восьмерок, проявились очертания высокой деревянной двери с ярко выраженной стрельчатой аркой.
У двери оказалась сложная система железных засовов, напоминавшая осьминога с длинными щупальцами. Миракл с интересом дотронулся до одного из них, но тут же отдернул руку — «осьминог» издал долгий, шипящий звук, явно предостерегая от подобных действий.
— Позвольте мне, — вмешался Рок, извлекая часовую стрелу.
— О, Рок решил помочь, — усмехнулся Рэт.
— Само очарование, гспд, — добавил Примаро.
— Щас в подвал отправитесь, — закатил глаза тот.
— Рэту спинку потеру.
— Твою мать! — закричал тот. — Заткнись!
Он подошел ближе и принялся выводить стрелой сложные пассы, словно дирижировал невидимому оркестру. Но и Рок не преуспел в «беседе» с осьминогом: железные щупальца извивались как живые, но не хотели открывать дверь.
Василиса невольно поискала взглядом Николь, но той не было видно.
А зодчий обратился к Маару:
— Думаю, эта загадка для тебя, бронзовый ключник.
Тот кивнул и встал перед самой дверью.
Фэш и Захарра тоже приблизились к нему. Василиса осталась стоять на месте, втайне надеясь на повторное появление Николь.
— Может, здесь нужен пароль, как в нашем турбийоне? — предположил Фэш.
— Почему вообще дверь закрыта, если знак Ключа разгадан? — вслух удивилась Захарра. — Разве знаки не должны были открыть Бронзовую Комнату?
— К тому же мой Ключ превратился в дым и теперь «делает ноги». — Маар указал пальцем на щель под дверью, куда потихоньку просачивались медно-коричневые восьмерки.
— Я обалдел тогда от такой красоты, — признался Маар.
— Не ты один, — признался Рок.
— Мы все тоже в шоке, — сказала Василиса.
— Представляю, — хмыкнул Броннер.
Все столпились возле замка-осьминога. Кроме Василисы, которая воспользовалась тем, что на нее никто не смотрит, извлекла из медальона черную маску и надела ее. Девочка надеялась, что так сможет снова увидеть Николь.
В часовне стало тихо и сумрачно, купольные витражи сильно потемнели, а побеги плюща из ярко-зеленых стали серо-черными.