— Хотел бы я посмотреть как это отреагировал мальчик, — усмехнулся Рэт.
— Это было угарно, — призналась Василиса.
— А может это девочка и была Нкиоль? — спросил Данила.
— Нет, это точно не я, — улыбнулась та.
— Ясно.
— Правда, что ты можешь превратить человека в какую-нибудь вещь? — спросила она с недоверчивым прищуром. — Есть один мальчишка, Лори, доставучий такой! Ты можешь превратить его на час в подушечку для иголок? Или клубок ниток, которым любит играться мой котик…
У Василисы отнялся дар речи.
— Я принесу тебе кусок свежего хлеба, — пообещала девочка. — А может, и кусок вишневого пирога, если получится.
Так как Василиса упорно хранила молчание, злая девочка ушла. Но после нее пришли еще два мальчика, пожелавшие узнать числовое имя Фэша и как правильно зачасовывать человека. Так как у одного из них под глазом светил приличный фонарь, Василиса сделала вывод, что к Фэшу тоже ходят посетители и вряд ли он выслушивает их до конца. Поэтому она молча извлекла стрелу и остановила тому, что с фонарем под глазом, время. Второй начал истошно вопить — прибежала охрана, но Василиса успела вернуть время на место и сделала вид, что занята только чисткой проклятой посуды.
Но охранники быстро разобрались в происходящем: один из них пригрозил отнять у Василисы часовую стрелу, а второй молча влепил обоим мальчуганам по затрещине.
— Ужас какой… — проятнул Рэт.
— А может я слегка переборщил, что отправил вас к ним, — цокнул Примаро.
— Да ну? — хмыкнул Рок. — Ты расскаиваешься?
— Если честно, то немного.
После того как все они убрались, еще некоторое время Василиса с надеждой смотрела на дверь: а вдруг охранники ушли докладывать о происшествии Хронимаре и можно попробовать выбраться на улицу?
Но тут дверь вновь распахнулась, и в чулан ввалилась сама кухарка с подносом.
На подносе стояла кружка молока, кусок сыра, немного заплесневевшего с одной стороны, и ломоть черного хлеба.
Василиса уныло уставилась на свой полдник, а может, и ужин. Почему-то вспомнились стрелки-хрустелки — вот бы их сейчас съесть! Или кружечку того волшебного чаролада… При воспоминании о друзьях у нее болезненно сжалось сердце. Что они там сейчас делают? Захарра, наверное, места себе не находит — гадает, куда они с Фэшем запропастились.
Кухарка разделяла ее плохое настроение.
— Никакого порядка на кухне, — пробурчала она под нос. — Куча посторонних, отвлекают, крутятся везде, пихаются. А еще поесть им выноси каждые полчаса! И сдалась нашей милости эта худышка. — Она кинула на Василису неприязненный взгляд. — И толку никакого — серебро как было тусклым, так и осталось! — Кухарка нагромоздила на поднос гору серебряных кубков и недочищенную конфетницу, подхватила его обеими руками и, сердито толкнув дверь ногой, вышла.
— Неадекватная кухарка… — тяжело вздохнул Фэш.
— А то, что к ней постоянно идут и мешают ничего так? — спросила Маришка.
— Да этой кухарке плевать, лишь бы Василиса страдала, — цокнула Диара.
— Ненормальная и всё, — добавила ЧК.
Поморщившись, Василиса сняла тиккер с шеи и раскрутила его над большой серебряной вазой. Дождавшись, пока вещь приобретет первоначальный блеск, она остановила цепочку и принялась «колдовать» над следующей вещью — набором серебряных рюмок. Может, если она успешно завершит свою работу, ее кормить получше будут или хотя бы выпустят подышать свежим воздухом?
К счастью, кухарка появилась через полчаса, когда Василисе удалось вернуть первоначальный блеск всем серебряным вещам, даже кофейнику, которому оказалось больше двухсот лет. Довольная собой, она гордо взглянула на кухарку, с удивлением разглядывающую сверкающее чистотой, «омолодившееся» столовое серебро.
— Что это? — вдруг ткнула она пальцем в кофейник.
На глазах у перепуганной Василисы кофейник оплывал, теряя форму, пока не превратился в слиток серебра. Сообразив, что забыла остановить ему время, девочка быстро запустила над кофейником тиккер в обратную сторону.
— Блин, — цокнул Рок.
— Капец Василисе, — протянул Марк.
— Не совсем, — улыбнулась Василиса.
— А что там?
— Щас узнаешь.
Но кухарка вдруг цапнула ее за руку и потащила вон из кухни. Охранники не сказали ни слова, но увязались за ними.
Во дворе вся их процессия вдруг столкнулась с тем самым молодым человеком, который был в Змиулане, — зятем Хронимары.
— Позвольте спросить, что случилось? — спросил он, с любопытством поглядывая на красную от возмущения Василису.
— У нее есть какая-то сильная часовая вещь, господин, — заявила кухарка. — Я веду ее к Хронимаре, пусть разбираются с этой маленькой лисой Драгоций.
— Я не Драгоций! — запальчиво возразила Василиса. — И хватит меня таскать туда-сюда, я вам не игрушка!
Молодой человек улыбнулся.
— Это тиккер? — спросил он. — Можно посмотреть?
— Это подарок моей мамы, — дрожащим голосом произнесла Василиса. — Я никому не отдам его, ясно?
Слова Василисы возмутили кухарку.
— Ты не смеешь перечить господину Александру! — В ее голосе прозвучал гнев. — Раз он просит, ты должна отдать эту поделку немедленно!
— Почему меня эта кухарка бесит? — спросил Миракл.
— Меня тоже, — скривился Лазарев.
— Противная дама, — поддержал Нортон.
— Фу, — кивнул Марк.
Но парень остановил ее речи быстрым жестом.
— Я обещаю, что верну тебе медальон, черноключница, — заверил он. — Мне просто интересно взглянуть.
Что-то в его голосе успокоило Василису. Этот Александр не требовал и не напирал, хотя, прикажи он охранникам, разве те не отняли бы тиккер в две секунды?
Поэтому она сняла медальон и осторожно передала парню.
— Так ты превратила этот кофейник обратно в серебряный слиток? — уточнил парень, осторожно принимая медальон. — Неужели твой тиккер так быстро уходит в прошлое?
Василиса пожала плечами — ей не хотелось подробно рассказывать о своем тиккере.
— Старинная вещь, — оценил тот, внимательно разглядывая изящную крышку. — Ручная гравировка… Эта вещь доверяет тебе, поэтому с радостью служит. Хороший выбор для тиккера.
— Угу.
Он с интересом покрутил медальон, открыл его — но ничего не увидел, кроме фотографии Белой Королевы. Для того чтобы забраться в середину и вытащить, к примеру, черную маску, следовало назвать Василисино числовое имя.
— Очень красивая женщина, — высказался он, внимательно разглядывая фотографию.
— Спасибо, — поблагодарила Лисса.
— Это моя мама.
Парень с улыбкой посмотрел на Василису.
— Александр Драгоций, — вдруг представился он. — Когда-то так получилось, что я женился на дочери самой Хронимары — Зарри Столетт.
На какой-то миг у Василисы перехватило дыхание.
— Вы — Драгоций и… — начала она, но не докончила фразу.
— Да, я — Драгоций. И женился на любимой девушке, несмотря на вражду между нашими семьями, — верно определил причину ее замешательства Александр. — Конечно, это было нелегко… Но, как говорится, любовь побеждает все.
Он снова улыбнулся, и Василиса окончательно прониклась к нему симпатией.
— Вы можете сказать, где сейчас находится Фэш? — спросила она с надеждой.
— Ты за меня так переживаешь? — спросил Фэш.
— Я безумно за тебя переживала, — ответила Василиса.
— Блин, аж приятно стало…
— Знаю.
— О, с ним все в порядке. — Александр вернул ей медальон. — Я только что видел его на винограднике: Юста учит парня работать садовыми ножницами. Не переживай, Юста — любимица Хронимары, так что среброключник находится под надежной защитой.
— Ясно, — буркнула Василиса.
Настроение опять испортилось. Пока она сидит в полутемном чулане, Фэш прохлаждается с этой Юстой-капустой или как там ее зовут…
Александр Драгоций окинул ее задумчивым взглядом.
— Что сказать? Я не очень рад тому, что вас держат здесь в качестве заложников, — с грустью констатировал он. — Но Хронимаре если что-то втемяшится в голову, то надолго… К тому же она недолюбливает твою семью — род Огневых, а вот с Драгоциями ее когда-то много связывало… Но, знаешь, кажется, я придумал, как немного улучшить твое пребывание здесь. Подожди минутку. — Он указал на небольшую кованую скамейку возле дома.