— После рукоположения-то ведь и нельзя уже?
— Нельзя, — невинно, даже с некой детской незащищённостью улыбнулся отец Илья. Был младше Павла лет на сорок. Не слишком ли рано избрал путь монашеский, невольно подумал Павел. Нет, не усомнился в истинности принятого, когда-то отцом Ильёй решения, просто попытался примерить его в отношении себя. Давно хотел, и главное понимал; следует венчаться с Ингой.
Не раз заговаривал с ней на эту тему. Но не понимала важности данного, часто задаваемого ему самому себе вопроса. После того случая, что теперь уже был давно забыт ими, когда впервые в своей жизни исповедовался, уяснил для себя; не распавшись в начале семидесятых, их семья существовала и по сей день лишь благодаря терпению Божиему. Возможно и частично превратившись в привычку, отношения с годами отдавали рутиной, но, может именно сейчас, когда ему немало лет, и стоило обвенчаться.
Что-то подсказывало; Инга сама предложит ему.
Шли к машине. Остановились для того, чтоб сделать фото храма со стороны алтаря. В этом ракурсе, считал, тот выглядел необычно.
— Я хочу венчаться с тобой.
— Ну, для этого, как минимум тебе надо креститься, — ничуть не удивился.
— Я готова к этому.
— Ну, что ж, я поговорю с отцом Ильёй. Думаю, ты не возражаешь, если это произойдёт в нашем храме?
— Нашем? Ведь автор ты. Я лишь помогала чертить.
— Но, покрестим в нём тебя.
В ноябре узнали, у них родился внук.
В телефонном разговоре Инга сказала дочери, чтобы привозила показать внука бабушке. Так, как та уже очень старенькая и хотела бы увидеть своего правнука, и так слишком заждалась, впрочем, как, и они, Лерины родители уж сколько лет тешащие себя надеждой.
На православное рождество, приехала вместе с мужем и сыном.
Анастасия Фёдоровна к тому времени уже не ходила, и даже не вставала.
— Как назвали? — пытаясь улыбаться, спросила она, протягивая руки к правнуку, которого держала у себя на руках Валерия.
Оставив подарки в прихожей, вошёл Ларс. Стеснялся, стараясь не привлекать к себе внимание. Не спешил быть замеченным.
— Яковом, — ответила за так и не решившегося произнести хоть слово мужа, Валерия.
— Яков Ларсович. … Неплохо, — попыталась сесть на диване Анастасия Фёдоровна.
Ларс сделал пару шагов в сторону тёщи, но в нерешительности остановился. Улыбка показалась на его лице.
Инга подстраховывая помогла Валерии передать сына бабушке в руки. Мальчик не плакал, скорее напрягся от непонимания ситуации. Он не знал, кто эта старая женщина, пытающаяся с помощью мамы передать его в руки другой, совсем пожилой. Искал поддержки в лицах своих родителей, не зная, плакать ему, или смеяться. Но те, улыбались. Тогда улыбнулся и он.
Наконец дело дошло и до Ларса. Был представлен Валерией Анастасии Фёдоровне и родителям.
— Ах ты мой хороший. Как же похож на прапрадеда. Неужели такое может быть? — первой нарушила тишину после наступившей некоей паузы, Анастасия Фёдоровна.
— Думаю, это виноват имья, — медленно, с акцентом выговаривая слова, произнёс Ларс. Плохо знал русский, не умел произносить говорить быстро.
— Ну, Яшка, архитектором будешь? — облокотилась на спинку дивана Анастасия Фёдоровна. Она устала и не могла уже, даже с помощью других, держать у себя на руках правнука, который освоившись, пытался ухватить её за нос.
Сидели в этот вечер за столом в большой комнате, где теперь уже без перегружавших его крышку фотографий, перебравшихся оттуда, куда им и полагается — на стены, величественно стоял рояль.
Присев перед ним на стул, поднял крышку.
Внимательно смотрела на Ларса бабушка. Понимала — это есть ответ на её вопрос о том на каком инструменте играет муж её внучки.
Мелодия, никогда больше не слышимая ею с тех пор, когда была проиграна Сибелиусом, теперь второй раз в жизни раздавалась в этих стенах. Ещё не понимала, что это именно она, но ассоциации уже посещали её сознание, заставляя вспоминать те прекрасные времена, когда была совсем маленькой. И, сейчас ощущала в себе ту же лёгкость, что была заложена в самом названии произведения, с той лишь разницей, что уже не могла позволить себе книгсен.
Капли воды, что так много было унесено с годами, растекались по клавишам благодаря его тонким пальцам, добывающим такие волшебные, уносящие в прошлое звуки.
— Как это мило. Но откуда вы знаете эту прекрасную миниатюру? — спросила его, когда закончил играть.
— Так же, как и многие, поклонник его творчеств. Случайно, в интернет нашёл ноты.