– Боюсь зашибить, – улыбнулся я в ответ на вызов, – плохо контролирую силу удара.
Моя дерзость принесла свои плоды. Руслан весело расхохотался, его поддержали стоявшие рядом ребята.
– К тому же, мне это невыгодно. Проиграть не боюсь, поддаваться не умею. А вот если выиграю, это плохо скажется на наших отношениях, – мой честный ответ явно удивил Руслана.
– Тут ты не прав. Не стоит меня недооценивать. Да и поражение я, как настоящий мужчина, приму достойно. Вот Адик – он же проиграл тебе, но ваши отношения от этого, мне кажется, только улучшились!
– Хороший довод, но, боюсь, случай не тот, – согласился я и кивнул на висевшую неподалёку грушу. Она выглядела громадной и тяжёлой, – могу продемонстрировать!
– Валерьяныч! – резко крикнул Руслан. К нам быстро подошёл худощавый и очень крепкий старик, который окинул меня внимательным взглядом.
– Чего орёшь? – хрипло обратился он к Руслану.
– Перебинтуй руки парню, пусть по груше постучит, а мы посмотрим, так ли он хорош на самом деле.
– Сделаю!
Дед быстро и очень профессионально перебинтовал мне руки. Вместе с ним и с Русланом мы подошли к груше. Руслан встал сбоку от неё, придерживая снаряд руками.
– Разогрейся! – хмуро глядя на меня, произнёс дед.
Сделав несколько вращательных движений руками и размяв кисти, я сообщил о своей готовности.
– Вечно вы куда-то спешите, – недовольно пожевав губы, осудил меня Валерьяныч, – сначала попробуй, тихонько. Груша тяжёлая, – начал наставлять он.
Я не сильно ударил по груше. Она даже не шелохнулась. Встав в стойку, сделал ещё несколько ударов, вкладываясь в каждый всё сильнее и сильнее. Наконец груша поддалась. Она начала раскачиваться, но Руслан крепко удерживал её.
– Давай «двоечками», – подсказал дед. Стыдно было признаваться, но техники у меня не было никакой. Да, я видел, как бьются воины. Все эти «двоечки», уклонения. Но видеть – это одно, а уметь – другое. Я ещё некоторое время постучал, но быстро запыхался. Тело совершенно не тренированное.
– Что скажешь? – обратился Руслан к Валерьянычу.
– Мощь! – заявил тот. Я с гордостью расплылся в улыбке.
– Тот случай, – продолжил Валерьяныч, – когда гора родила мышь. Техники никакой. Просто ноль. Единственное – хорошо, хоть руки правильно держит, без травм обходится. Ноги вообще живут своей жизнью. Просто никуда не годится.
– Понятно! – Руслан неожиданно весело рассмеялся и хлопнул по плечу Адика. – Похоже, ты нашёл соперника по себе. Тоже дури немерено. Представляю ваш бой! Просто стояли на месте и молотили друг друга по лицу, пока кто-то первым не упадёт?
Я почувствовал, как от стыда краснеют мои уши. Ведь всё примерно так и было. Наш бой был на выносливость и выдержку. Выдержку ударов соперника. Конечно, мы оба пытались уклоняться, но это не было целью.
– Ага! – весело расхохотался Адик и хлопнул меня по плечу. – Он держался, как настоящий мужчина. А его удары! М... – Адик мечтательно закатил глаза. – Ты же знаешь, по пальцам руки можно пересчитать тех, кто может меня вырубить. Максим – третий человек! Не удар, а пушка! – Адик гордо поднял руку, выставив три пальца.
– Я заметил, – Руслан потирал отбитые руки, которыми удерживал грушу.
Мы вернулись обратно к столику.
– Алихан! – обратился Руслан к одному из здоровяков, что тренировались, когда я пришёл, а потом с любопытством наблюдали за моим боем с грушей. – Максим смог вырубить Адика. А ты выстоишь?
– Я бы попробовал! – улыбнулся тот в ответ и повёл плечами.
Алихан выглядел серьёзно. Рост под метр восемьдесят пять, с покатыми плечами. Фигура немного заплыла жирком, уши кривые и распухшие, нос слегка свернут набок. Сразу видно – крепкий и опасный боец.
Отказываться было некрасиво. Тем более, учитывая, что я пришёл с просьбой о помощи. Похоже, придётся принять бой. Нехорошо со стороны Руслана ставить меня в подобную ситуацию. Главное – непонятно, зачем ему это нужно. Я ясно дал понять ещё в первую нашу встречу, что работать на него не буду, у меня другие планы на жизнь.
Была ещё одна веская для меня причина принять этот бой. Мои принципы – не уклоняться от трудностей. Жизнь дарит шанс схлестнуться с сильным воином. Проверить себя, пусть и в тепличных условиях, когда жизни не угрожает прямая опасность. Наверняка и целитель где-то здесь имеется.
Глядя, как на моём лице расплывается довольная улыбка, Адик рассмеялся:
– Я же говорил – он боец!
– Иди, переоденься, форму дадут, – Руслан явно подобрел, видя мою реакцию.
Валерьяныч отвёл меня в раздевалку, выдал из формы лишь плотные шорты и помог в них влезть. Руки по-прежнему были забинтованы, так что он лично зашнуровал мне мягкие ботинки. В шортах и с голым торсом я вышел обратно в зал.