– Чего это «дураку»?
– Ну а чего нет? Скажешь, не повезло?
– Повезло, – кивнул Зотов с радостной улыбкой идиота.
Пока они пикировались и снова пробовали накопитель, я продолжал рисовать новую руну. Скорее всего, всё дело в том, что мои каналы гораздо шире, чем у обычных магов. Это легко объясняется тем, что я пережил буквально лавину энергии, что вливалась в меня через алтарь. После подобного каналы не могли не вырасти. Они стали мощнее, плотнее. То, что для Зотова и Назарова «УХ!», для меня – просто детский лепет.
Мне нужен накопитель, и накопитель мощный. Но проблема в том, что с таким накопителем Савва и Лена не справятся. Делать им отдельно ещё один? Я-то думал этот оставить Зотову, а следующий сделать под себя, но, похоже, придётся делать три штуки вместо двух запланированных. Однако такое количество за один вечер я просто не потяну.
Решил, что сделаю сейчас для себя. А потом на неделе подъеду к Зотову и поработаем над накопителем для ребят.
Заливая ядро второго накопителя с поддержкой магии Назаренко я понял, что всё идет не так гладко. Магию я заливал, через широкий канал и ядро голодало и тряслось. Целитель вливал в меня магию гораздо медленнее, чем её пожирал накопитель. У ядра не было ограничительных рун. Я мгновенно вспотел, понимая, что еще немного и ядро просто пойдет в разнос. Уже больше ста единиц магии. Запертые в гранитном бруске. Мне никак не удавалось наполнить его и стабилизировать! В этот момент помощь пришла оттуда, откуда я не ожидал. По моим каналам прямо из астрала потекла энергия. Мощным и устойчивым потоком. Ядро стабилизировалось и ярко засияло. Оно было крепким и плотным.
Подвинув камень Зотову я устало откинулся на стуле и с облегчением выдохнул вытирая пот со лба. Похоже, в последний момент мне помог Серкх. И его помощь оказалась как никогда кстати.
Наконец работа была закончена. Перед нами на столе лежали два накопителя. Один, первый, останется Зотову, а вот второй я заберу с собой.
– Надо будет ещё один сделать на неделе, – я устало прикрыл глаза. Всё-таки эта работа потребовала очень большого количества сил и энергии, а так же стоила не малого количества нервов. Я ощущал себя полностью выжатым.
– Сделаем. Обязательно. Мне не помешает закрепить полученные знания, – согласился Зотов, – поправь меня если я не прав, но это ядро получилось значительно мощнее? – он внимательно разглядывал новый накопитель.
– Именно так, – не стал я отрицать очевидное, – скорее всего мое понимание подросло. Но не уверен, что смогу в следующий раз повторить подобное. Слишком опасно.
– Сева, – напомнил о себе молчаливо сидящий Борис Борисович, – мне тоже, – негромко добавил он.
– Что – тоже?
– Накопитель. Очень нужен. Бывает, всю энергию на работе потрачу, а привозят срочного. Нужна помощь, а энергии нет, – он развёл руками, – понимаю, что это тайное дело. Никому не проговорюсь!
Зотов посмотрел на меня, ожидая моего одобрения. Без меня у него пока не получится создать накопитель.
– Только будет одна просьба, Борис Борисович, – я посмотрел в глаза целителю, – у моего друга отец болен, надо его осмотреть. Не обязательно вы, но посоветуйте хорошего врача или целителя. И... присмотритесь к моему другу. Он уже сильный целитель. Может быть, возьмёте его на стажировку? Тем более, он будет со своим накопителем.
– Ничего не обещаю, – Назаренко недовольно поморщился, похоже, он не любил, когда к нему обращаются с личными вопросами по поводу работы. Все эти протекции... – Посмотрю на твоего паренька, но если он полный ноль, уж извини, так ему и скажу!
– Большего и не требуется, – я довольно улыбнулся, – большего и не требуется!
Мы договорились в среду или четверг сделать ещё два накопителя. Один для моих ребят, а второй для Назаренко. Зотов оставил себе первый экземпляр, заявив, что он самый ценный и почётный.
– Буду вдохновляться им. Теперь у меня есть хороший стимул, создать себе накопитель хотя бы такого уровня, как сделал ты! – в этом он прав. Любому мастеру требуется конкуренция, чтобы расти. А накопитель, который создал шестнадцатилетний парень, заставит Зотова сидеть над руной днем и ночью, чтобы в один прекрасный день, повторить, а то и превзойти моё изделие.
С камнем, сунутым в холщовый мешок, который мне предоставил Всеволод Дмитриевич, я потащился в интернат.
Под вечер ноги совсем разболелись. Мне требовался хороший и качественный сон, чтобы прийти в себя. Добравшись до кровати, я разделся. Стоило моей голове коснуться подушки, как я мгновенно отрубился.