– Ты слишком талантлив и очень много знаешь, – попытался возразить мастер, но вызвал лишь улыбку.
– Теперь талант считается основанием для подозрений? У меня вот девушка знакомая – талантливый зельевар. В чём бы мне её теперь заподозрить? – Я напоказ задумался, потирая подбородок. Не то, что я пытался обратить все в шутку, но разговор начал утомлять. Я ответил на все вопросы и получил ответы на свои. Пора заканчивать этот фарс.
– Хватит, – устало махнул рукой Матвей Фёдорович и поднялся из-за стола, – приношу свои официальный извинения. Я был неправ, – он слегка наклонил голову, – надеюсь, на этом наши разногласия исчерпаны?
– Принимаю! – Я поднялся из кресла и кивнул в ответ. – Тогда, учитель, перейдём к делу! Чем мне предстоит заниматься?
Колычев сразу принял вид строгого учителя:
– Ты освоил руну защиты? – спросил он и тут же улыбнулся: видимо, вспомнил, как я прошёл сквозь защиту его стола. – Н-да… в общем, идём, спустимся в мастерскую. Покажу, над чем мы работаем.
– И обсудим условия... – добавил я, напоминая, что мы обговаривали наши отношения. Я не просто ученик, который будет бесплатно пахать на него, а полноценный партнёр, и должен получать за свою работу нормальную оплату.
Спустившись по лестнице, мы прошли в одну из дверей и оказались в мастерской – большой комнате, заставленной столами. Яркое освещение заставило меня на миг зажмуриться – уж слишком резким получился переход.
За одним из столов сидел парень лет двадцати пяти. При виде Матвея Фёдоровича он моментально вскочил на ноги и поклонился.
– Здравствуйте, учитель! – произнёс парень почтительно и уставился на меня.
– Знакомьтесь, – тон Колычева был снисходительным, – мой ученик, Пронин Виктор, а это, – он повернулся ко мне, – мой второй ученик, Максим Андер.
Мы пожали друг другу руки, при этом лицо Виктора явно не выражало удовольствия. Похоже, во мне он видел, скорее, конкурента, чем коллегу. Да и мой возраст наверняка наводил на вопросу, за какие такие заслуги меня приняли в ученики. На пальце Виктора было кольцо дворянина, и поглядывал он на меня несколько свысока, хоть и с опаской.
Матвей Фёдорович провёл для меня небольшую экскурсию. Показал оборудование и готовые артефакты.
В мастерской, в основном, изготавливали браслеты защиты. Именно на них сконцентрировался Виктор. На столе лежали различные заготовки: от простых, из красивого полированного металла, до очень дорогих – с замысловатой резьбой по золоту и серебру.
Руны защиты были трёх уровней. Самый сложный ставился на наиболее дорогие браслеты.
– Это мой стол, – подошёл Колычев к столу, заставленному заготовками из резных камней, – а это будущие артефакты с куполом тишины.
Он взял один из камней в руки. Надел очки артефактора. Сосредоточился и, проведя рукой по камню, внёс в него руну тишины.
– Вы – настоящий мастер! – раздался голос Виктора, который стоял за моим плечом и через очки наблюдал за действиями Матвея Фёдоровича. Парень снял очки и повернулся ко мне:
– Учитель настолько глубоко знает руну, что сразу создал её внутри артефакта! – пояснил он мне свысока. Я был без очков и, по его мнению, не мог осознать всё величие и мастерство нашего учителя.
– Неплохо, – кивнул я, глядя на гордо взиравшего на нас Колычева. – Радиус три метра? – Я взял артефакт и покрутил его в руках. В принципе, повторить подобный фокус особо труда не составит. Я, наверное, десяток рун могу сплести, не рисуя их заранее. Достаточно держать весь узор в голове.
– «Неплохо»? – фыркнул Виктор. – Да это высший пилотаж!
Я решил с ним не спорить: не стоит ронять престиж мастера перед его учеником. Руна-то простая. Без особых защитных узоров. Одноразовая. Активация просто подачей энергии. Работает минут десять-пятнадцать. Те же руны защиты, что ставились в мастерской на браслеты, были на порядок сложнее. Я уж молу о стационарной руне, на которой специализировался мастер.
– Можно? – Я взял в руки один из недорогих браслетов-заготовок. Увидев, что Колычев одобрительно кивнул, сосредоточился на нём.
Защитная руна. Ничего сложного. В любом мире она очень часто используется. Не только в качестве защиты от атаки. Её предназначение гораздо шире. Например, можно использовать на одежде и не опасаться дождя и сильного ветра. Слабая руна защитит механизм часов от повреждения...
В случае атаки я с закрытыми глазами мог создать заклинание защиты. Для боевых магов руны были сильно упрощёнными, и работа с заклинаниями доводилась до автоматизма.