Пока пострадавших везли, Назаренко успел вызвать всех своих практикантов. Операционные были готовы. Не теряя ни мгновения, они приступили к делу. Удалось спасти всех, но сил даже встать из-за стола у целителя не осталось. Источник практически пуст, как и голова. Мысли медленно ворочаются и хочется спать. Он глянул на кушетку, на которой иногда остался на ночь пытаясь решить, устроиться здесь или все таки собраться с силами и отправиться домой.
Медленно перебирая отчёты, лежащие на столе, он мысленно ставил оценки каждому практиканту, большинство из которых впервые оказалось в ситуации, когда были дорога каждая секунда и каждая единица энергии.
Всего практикантов у Бориса Борисовича было шесть человек, включая Савву. Пятеро закончили магическую школу и медицинский колледж. А вот шестой... совсем молодой парень, который только пару месяцев отучился в магической школе. Как это ни удивительно, но именно от него было больше всего пользы. И дело тут не только в лечебном заклинании, которое Савва знает. Без сомнения, оно оказалось очень полезным. Скорее, парня стоит похвалить за находчивость и трезвый взгляд на вещи. Его источник имеет размер примерно сто двадцать единиц. Меньше почти в два раза, чем у любого другого практиканта. На эту должность брали с источником от двухсот единиц. Но, возможно, именно отсутствие нужного объёма Савва и пытался компенсировать заклинаниями.
Практикантам было от двадцати четырёх до тридцати лет. И никто из них не использовал ни одного заклинания! Они просто тупо заливали раненых целительской энергией, как привыкли действовать все эти годы. Зачем усложнять и напрягать мозг?
Савва же подошёл к делу серьёзно. Он за это время успел выучить простое заклинание, которое останавливало кровь, и ещё одно, для сращивания кожи и органов. Не такие уж и сложные заклинания. Но очень полезные в нужный момент. Когда важна каждая капля энергии, они спасают жизни.
«Надо менять эту практику», – решил Борис Борисович откинувшись в кресле и устало прикрыв глаза.
У главного целителя больницы в арсенале имелось около десяти лечебных заклинаний, и раньше он их активно использовал, но в последнее время и сам поддался всеобщей лени, просто заливая больных энергией. Правда, сегодня Назаренко пришлось вспомнить всё, что он знал и умел.
Зазвонил телефон, лежавший на столе.
– Боря, ты на месте? Подойди в операционную, – раздался в трубке голос Валерия Ивановича Шумакова, главного хирурга больницы.
– Сейчас буду, – ответил Борис Борисович, поднимаясь из-за стола и быстрым шагом направляясь в операционную.
Валерию Ивановичу было хорошо за восемьдесят, но он по-прежнему уверенно держал скальпель в своих твёрдых мозолистых руках, спасая жизни пациентов.
«Сколько он сегодня уже на ногах?» – задумался Борис Борисович, ускоряя шаг. Шумаков помогал им днём, не покидая операционную, пока не стало ясно, что жизням пострадавших больше не угрожает опасность. Если он в операционной, значит, опять пациент. И наверняка в критическом состоянии.
Главный целитель больницы резко затормозил на месте.
«Источник-то у меня пуст!» – Он развернулся и побежал в свой кабинет. Ворвавшись в него, кинулся к столу и выдвинул ящик. Там лежали артефакты, которые передал Савва.
Конечно, Борис Борисович знал о возможности создания подобных артефактов. Но их, по словам Саввы, изготовил шестнадцатилетний Максим. Что он может понимать в целительстве? Да и не верил Назаренко, что какая-то железяка, пусть и с руной, может заменить настоящего мастера-целителя. Возможно, в нём говорили ревность и профессиональная гордость. Но сейчас... сейчас нет другого варианта. Да и Максим не так прост. Именно он обучил Савву заклинанию, попутно упростив его, как будто это так легко. И Зотов с огромным уважением отзывался о парне. Да и при личном знакомстве Борис Борисович преисполнился уважением к молодому человеку. Уж очень он хорошо разбирался в рунах и заклинаниях. Если не брать в расчет его возраст, то можно решить, что он по меньшей мере, профессор.
«Стоит попробовать!» – принял решение Назаренко.
Схватив несколько артефактов, он бегом ринулся в операционную.
На входе помыл руки, надел перчатки и зашёл в помещение уверенным шагом приводя свое дыхание в норму.
– Девушка, двадцать три года, ехала пассажиром на мотоцикле. Лобовое столкновение. Парень погиб на месте.
Борис Борисович подошёл поближе, разглядывая повреждения в свете ламп. Брюшная полость была вскрыта, несколько помощников удаляли кровь, что натекла туда из повреждённых органов.