– Хитрец, – улыбнулся главный целитель в ответ. Я и не сомневался, что он мгновенно раскусит мою интригу, – будь по-твоему. Спасибо, что пошёл мне навстречу!
– Не за что!
Мы тепло попрощались с Борисом Борисовичем, и я снова уселся зубрить дорожные правила.
Хорошо, что под рукой был Адик, который спокойно прояснял мне непонятные моменты, а их было немало. Но, думаю, за месяц разберусь. Не так оно всё сложно. Непонятно, чему ученики обучаются на протяжении двух месяцев пять дней в неделю.
В понедельник, после школы и тренировки, я отправился в мастерскую к Колычеву. Он прислал целых два сообщения, где писал, что с нетерпением ожидает меня.
Когда я вошёл в мастерскую, Виктор кивнул мне:
– Мастер тебя ждёт в своём кабинете! – Он с сочувствием взглянул на меня. – Что-то ты к нему зачастил. Проблемы?
– Надеюсь, что нет, – успокоил я первого ученика и поднялся на второй этаж.
– Добрый день, – поздоровался с Колычевым. Он был бодр и свеж. Поднялся мне навстречу и лично пожал руку.
– Садись, садись. Твой учитель расстарался для тебя. Все три дня вместо своих дел занимался твоими проблемами! – Лицо мастера приняло крайне озабоченное выражение. – А проблем у тебя было много!
– Каких? – Я сел на предложенный стул, перебирая в голове проблемы, которые мог решать вместо меня Матвей Фёдорович. На ум ничего особо не приходило. Разве что с генералом Медведевым? Это вполне возможно, но я уже понял, что принцип Колычева: «Ни во что не вмешиваться!» Странно было слышать, что он ради меня потратил три дня.
– Ну как же! Ты забыл о разгромной статье в журнале? Твой артефакт лечения. Это как бомба замедленного действия, – всплеснул руками мастер.
Мне было что на это сказать. В первую очередь эта статья ударила по репутации самого Колычева. И если он именно этим занимался, то явно не для того, чтобы мне помочь. Но какую-то долю вины за произошедшее я за собой чувствовал. Тут ведь не поспоришь, потому что, не свяжись со мной Колычев, не было бы и проблем. Он мог со мной расстаться раньше. Повод бы нашёлся. Но, несмотря на всё происходящее, Матвей Фёдорович продолжал держать меня в учениках. При этом одобрил артефакт, понимая, что могут быть последствия.
Однако потакать ему, принимая всю вину на себя, я не собирался. Да и, скорее всего, тут вылезла проблема самого Колычева. Хотели ударить именно по нему. Не зря же мастер рассказывал о своём застарелом конфликте с директором департамента прикладной магии. Матвей Фёдорович у нас человек высокого полёта. Думаю, он так и не снизошёл до разговора с Марией Ильиничной.
– Мне кажется, причина не в артефакте, – задумчиво разглядывая учителя и отслеживая его реакцию, ответил я. – Вы пообщались с Марией Ильиничной? Мне почему-то кажется, что мой артефакт только повод и возможность свести с вами счёты. Били-то явно по вам. И почему-то я уверен, что главную проблему, которой является налаживание отношений с Марией Ильиничной, вы так и не решили.
Не требовалось быть суперпсихологом, чтобы заметить, как дёрнулось веко Колычева. Его лицо стало наливаться кровью. Похоже, я снова сбил мастеру весь настрой, ударив по больному. Выслушивать подобное от ученика? Это было выше его сил.
– Да как ты смеешь, мальчишка! – сразу вскинулся Колычев. – Не лезь не в своё дело! Я три дня убил, улаживая твои проблемы. Да ты в ногах должен валяться и благодарить меня за помощь...
– Н-да... ваши аристократические замашки меня поражают. А особенно я в восторге от вашего умения перекладывать свои проблемы на окружающих, – ух, похоже, и я не выдержал и сорвался. Высказал своему учителю в лицо всё, что о нём думаю
– Пошёл вон! – вскочил с места Колычев. – Видеть тебя не желаю в своём доме!
Пожав плечами, я вышел из кабинета. Спустился вниз, под удивлённым взглядом Виктора оделся и отправился домой.
По пути ругал сам себя. Как же тяжело иногда даётся роль простого шестнадцатилетнего парня! Ну что мне стоило промолчать? Продолжить играть по правилам Колычева? Кланяться и благодарить, кланяться и благодарить? На самом деле, это не так уж и сложно, да и ущерба достоинству я в этом не вижу. В прошлом мире, если мастер выполнил свою работу на «отлично», я мог пожать ему руку, похлопать по плечу, даже выпить с ним. Некоторым аристократам подобное поведение члена королевской семьи казалось диким, но большинство специалистов я судил по их делам, мастерству и духу. Я знал очень мало достойных людей среди аристократов. А вот среди мастеров встречал таких гораздо чаще.