На рассказ много времени не понадобилось. Только вот я снова начал заводиться. Ещё и Колычев со своей всепонимающей улыбкой!
– Ну чего вы улыбаетесь? – не выдержал я.
– Радуюсь. Вот ты сильный маг. Опытный, напичканный знаниями. Но с другой стороны... мальчишка. Дерзкий, вспыльчивый. И в такие моменты я понимаю, что и от меня может быть польза в нашем союзе, а то, знаешь ли, обидно быть учителем человека, который по знаниям тебя на голову превосходит, – ворчливо закончил он.
– И что полезного вы можете мне поведать? – иронично поинтересовался я.
– Если тебе дать день-два времени, ты принимаешь очень взрослые и взвешенные решения, но в ином случае… – Мастер развёл руками.
Да… что сказать? Прав учитель. Как бы я ни старался, моё тело очень влияет на мои решения. Это отдельный вопрос, который тянет на целую диссертацию. «Влияние молодого тела на взрослый мозг». Правда, подобную диссертацию я предложил бы писать, наблюдая со стороны, а не быть этим самым подопытным.
– Хорошо, не хотите предлагать решение, помогите мне с рассуждениями, – обиженно произнёс я, – я могу просто проигнорировать требования Юдина? Не давать ему никаких артефактов и жить дальше своей жизнью? Чем мне это грозит? У нас же не рабство в стране!
– Можешь, – кивнул Колычев, – если не дорожишь своим имуществом, и тебе плевать на возможные проблемы твоих друзей и учителя.
– Подробнее?! – Опять Матвей сел на своего любимого конька. Начал меня поучать с видом профессора.
– Вот твой дом. Он стоит на княжеской земле. Эта земля в любой момент может понадобиться княжескому роду. На нужды города. Могут решить устроить здесь детскую площадку. Это законно. Выплатят тебе компенсацию. Оценят эту рухлядь в пятьсот рублей, и всё.
– Н-да... – протянул я.
– Идём дальше. Ты мой ученик, и можно надавить на тебя через меня. Устроят ежедневные проверки моего магазина. Найдут какие-нибудь проблемы. Обложат штрафами, закроют. Убытки понесу немалые. Или вот Адик, – он кивнул на сидящего с нами за столом парня, – твой друг. Ездит на машине. Учится в университете. Думаешь, не найдут рычагов давления? Машину всегда можно законно арестовать. Мало ли в чём заподозрят. В университете тоже проблемы создать...
– И откуда вы так много знаете о методах воздействия? – Я подозрительно посмотрел на Колычева. Вряд ли он проходил через подобное. – Богатая фантазия?
– У меня большой жизненный опыт, – довольный собой Колычев встал из-за стола и начал ходить по комнате, – не ты первый, не ты последний. Аристократы любят демонстрировать свою власть. Хотя бы изредка, чтобы простые люди помнили и понимали, что князю нельзя идти наперекор. У нас империя. Феодальное общество с социальным уклоном. Нижегородский князь имеет в управлении целую губернию. Он здесь второй после императора. Его слово – закон! Ты, конечно, в любой момент волен покинуть княжество. Эта свобода дана тебе и всем магам самим императором. Но куда ты поедешь? В другую губернию? Думаешь, там будет лучше?
– И что вы предлагаете? Смириться?
– Зачем же? – Колычев остановился напротив меня. – Пока ничего страшного не произошло. Князь высказал свою заинтересованность в твоих артефактах. Пришлёт своего человека. С ним и обсудишь условия.
– Угу... условия вроде уже озвучены? – скривился я.
– Они всегда обсуждаются, – мягко произнёс Матвей, – но не будет же князь с тобой торговаться? Для этого у него имеются специально обученные люди. Вот придёт приказчик, с ним и торгуйся. Да, Юдин имеет возможность надавить на тебя, но это крайние меры, которые ему не нужны. Если князь будет их использовать, его репутация пострадает. Так что до них дойдёт только в том случае, если ты начнёшь открыто бунтовать.
– В ваших словах есть логика, – согласился я с Колычевым. Совсем уж прессовать меня из-за артефактов, значит, потерять лицо. «Губернатор не смог справиться с мальчишкой шестнадцати лет и решил применить силу», – примерно такие заголовки появятся в газетах. Особенно если у него имеются недоброжелатели. А они наверняка имеются. Вряд ли у князя возникнет желание доводить до подобного.
– Ты пойми, – продолжал Матвей, – кого видит перед собой князь? Мальчишку, сироту, за которого некому вступиться. И при этом ты потенциально способен нести золотые яйца. Грех не воспользоваться ситуацией. Тем более, он предложил тебе платить деньги, а не работать за зарплату или через кровную клятву верности. Это уже признание твоих заслуг и способностей.
– И вы называете это деньгами? – вскинулся я.
– Для многих пятьсот рублей – большие деньги, – напомнил Колычев, – не уверен, что Коля знает истинную цену твоих артефактов. С деньгами у него проблем нет. Так что мой тебе совет: успокойся, приди в себя и поговори с приказчиком. Договорись на два артефакта в месяц, скажем, с оплатой за каждый по тысяче или по две тысячи рублей. От тебя не убудет, а жить сможешь спокойно.