— Максим, очень приятно, Светлана.
— Мне тоже.
Светлана покраснела, её огромные голубые глаза заблестели, волшебными, изумительными огоньками. Затем она, сняла с головы коричневый берет, вытащила из сумочки платок, вытирая вспотевшее лицо. Она была красивой, стройной девушкой, смуглого цвета кожа рук и ног, пленила взгляд, и блестела на солнце. С золотистыми волосами, необыкновенной улыбкой, и большими глазами, в которых прятался огромный внутренний мир, тонкий и неповторимый.
— Фух, чуть не опоздала. У подружки засиделась в гостях. Так бы пришлось, ещё два часа сидеть на вокзале. До следующего рейса. Спасибо Максим, если бы не вы…
— Всё в порядке, Светлана. Рад помочь.
Возникла пауза, и я снова отвернулся к окну. Девушка мне понравилась, своей открытостью и непосредственностью.
— А хотите, я вас пирожками угощу, с вишнями. Мама напекла в дорогу.
Я не успел ничего возразить, как моя попутчица, уже выложила из сумки увесистый пакет, и вытащила из него, завёрнутые в газету пирожки. И сразу запах домашней кухни, разнёсся по автобусу, на зависть другим пассажирам.
— Спасибо. Пахнут замечательно.
— Угощайтесь, я ещё компотика налью. Из абрикос.
Пирожки, с хрустящей корочкой, таяли во рту, вместе с вишнями. Сладкие, душистые, пирожки, напомнили школьные годы. Когда вместо завтрака, и обеда в столовой, брал в портфель домашнюю выпечку. Мама любила печь, особенно сдобные булочки, в сахарной пудре.
Незаметно мы со Светланой, расправились со всеми пирожками, и, запивая ещё тёплым компотом, шутили и смеялись, как старые знакомые.
Сзади в автобусе ехала группа молодых людей. Шумели, балагурили, и когда им пару раз пассажиры сделали замечание, вытащили гитару, и принялись петь. Причём весьма душевно и звонко. Парням подпевали девушки, и уже через минуту, весь автобус, перекрывая шум ветра, из открытых окон, громко пел. Даже водитель, поворачивая голову назад, улыбался, и как медведь, хрипел слова песни. И мы со Светланой присоединились, хотя из меня певец, как из зайца охотник, на крупную дичь. Песня Никитина, на слова Бориса Пастернака, не могла не трогать за душу. Я её слушал дома, в исполнении Трофима.
Hикого не будет в доме
Кроме сумерек, один
Зимний день в сквозном проеме
Hе задернутых гардин.
Только белых мокрых комьев
Быстрый промельк маховой
Только крыши снег и кроме
Крыш и снега никого
И опять зачертит иней
И опять закружит мной
Прошлогоднее унынье
И дела зимы иной
Hо нежданно по портьере
Пробежит вторженья дрожь
Тишину шагами меря
Тишину шагами меря
Тишину шагами меря
Ты, как будущность войдешь
Ты появишься у двери
в чем-то светлом без причуд
В чем-то прямь из тех материй
Из которых хлопья шьют.
Когда песня закончилась все дружно стали аплодировать и благодарить ребят, молодых студентов.
— Как здорово, Максим, правда?
— Правда, правда, я давно так не отдыхал, в такой компании.
— Я всего год как живу в Припяти. Закончила институт, и получила распределение. Обещают дать квартиру, если останусь работать. А вы, Максим, по делам, или в гости?
— Светлана, у меня предложение. Мы с вами почти ровесники, я старше всего на пару лет. Давай на ты. Не против? Кстати, у вас приятный голос, как у народной артистки.
Девушка рассмеялась, и кивнула.
— Не выдумывайте, Максим, про артистку, хотя мне приятно. Не против, давай на ты. Я подумала, что ты из института атомщиков. Учёный. Вид у тебя серьёзный, задумчивый.
— Нет, нет, я не учёный.
И чуть было не проболтался, кем работаю, но вовремя спохватился, прикусив язык.
— Я это. Как сказать. Еду к другу. На пару дней. Мы вместе учились. И давно не виделись.
— Скучаешь по другу?
— Конечно. Ещё бы. Мы с ним не разлей вода. Со школы, института. И на рыбалку, и на стадион, везде вдвоём.
— А ты знаешь, что это Припять город спутник? Расположен на берегу реки, Припять, и построен для обслуживающего персонала ЧАЭС?
— Читал об этом. В инете, — случайно сорвалось с языка.
— В инете?
— В газете, Светлана, в газете, «Комсомольская правда». Кстати, город действительно интересный. Молодой, развивающийся. Увижу, потрогаю руками, оценю.
— Конечно, строят гостиницы, кинотеатры, и я горжусь тем, что всё это вижу своими глазами. Может быть, напишу об этом. Книгу. Я хотела поступать в Москву, в Литературный институт, но мама отговорила.
— Почему?
— Не хотела, чтобы я её оставляла одну. И надолго уезжала. Москва, не Киев. Там жизнь кипит и бурлит. «Дорогая моя столица, золотая моя Москва», — как в песне поётся. Останкино. ВДНХ. Цирк на Цветном бульваре.