- Ну как?
- Слов нет, я не ожидала, что будут такие впечатления. Можно мне сделать селфи?
- Делай сколько душе угодно. Я пока кофе выпью, не желаешь?
«Chick» отрицательно замотала головой, и вытащила свой телефон. У Лили внутри, стало проявляться беспокойство. И даже сигарета, не помогла успокоить разгулявшиеся нервы. Внутренний голос твердил не уставая, что не надо идти, и следует вернуться. Но Лиля не хотела показаться трусихой, в глазах молодой и неопытной подруги и первой пошла к стреле, и ступила на мокрый, скользкий металл. Обвязав себя верёвкой, она зацепилась крючком, за уголки, приваренные к листам кабины, потянула на себя, проверяя на прочность, и бросила возле ног подруги.
- Э-гэ-гей, - закричала она, и уверенно пошла вперёд. - Здравствуй Киев, мой любимый город! – Давай «Chick» за мной, не бойся.
Её звонкий голос подхватил ветер и понёс в леденящий душу простор. Лиля ещё никогда не чувствовала себя столь свободной и независимой. Ей показалось, что у неё за спиной раскрылись крылья, и она может летать. Пройдя половину пути, она увидела, что «Chick», вернулась назад. Боится, решила Лиля, и помахала подруге рукой.
- Жди меня, я скоро, - крикнула она, и застыла в нерешительности.
В какой-то момент почувствовала, что не одна, и кто-то невидимый стоит сзади и не пускает, ни вперёд, ни назад. Лиля не на шутку испугалась и чуть присела.
- Кто здесь?
Глаза девушки расширились от ужаса, потому, что она никого не видела и крутила головой, испуганно моргая. Шапочка, куртка, промокла, как и перчатки, и Лиля захотела лечь, на живот, схватится руками за металл, чтобы успокоится, но ноги приросли к поверхности, словно подошва кроссовок, была смазана клеем. Лиля суматошно вздрагивала всем телом, жадно глотая влажный воздух.
- Посмотри, как красиво внизу.
Мужской голос прозвучал из пустоты, и Лиля подумала, что это слуховые галлюцинации.
- Ты умеешь летать, раскрой крылья и лети, навстречу свету и облакам.
За этими словами последовал пронзительный и громкий смех. Лиля напряглась, и, прогоняя наваждение, не торопясь, шла обратно. Собрав всю волю в кулак, она закрыла уши руками, чтобы не слышать омерзительный смех, за спиной, который то прекращался, то нарастал, как снежная лавина. Качнувшись от ветра, неожиданно для себя, почувствовала сильный удар в спину. Не удержав равновесие, она скользнула по мокрому металлу, и полетела вниз. Когда верёвка натянулась, крючок щёлкнул, и пружина разлетелась, разжимая крепление. Девушка успела заметить, как, что-то кричит «Chick», закрывая лицо руками. Земля стремительно приближалась, и Лиля, непроизвольно расправила руки.
Сильный удар разбудил сторожа Ивана Петровича и заставил выйти наружу. Когда он увидел, что возле котлована лежит человек, и услышал душераздирающий крик, с башни крана, обмяк, и схватился за сердце. Его напарник вызвал полицию и скорую, и, схватив «Chick», когда та спускалась по лестнице, громко воя, долго тряс за плечи, пытаясь выяснить, кто она такая, и как оказалась на закрытом объекте. Скорая помощь не смогла спасти Лилю, и та скончалась по дороге в больницу. Врачи констатировали травмы не совместимые с жизнью, и, укрывая белой простыней тело девушки, в карете скорой помощи, молодые врачи с грустью и слезами в глазах, записывали в журнал очередной трагический, смертельный случай.
Роман по ссылке https://www.litres.ru/gennadiy-angelov/chasovschik/
Глава 9
Обычно плохие новости приходят раньше хороших новостей. Так уж складывается, что всегда находится благодетель, в кавычках, который приносит дурную весть, и после смотрит, явно получая удовольствие от того, как человек отреагирует. Какие проявит чувства, пустит слезу, промолчит, или впадёт в истерику, и будет кататься по полу, вырывая волосы, и вопя от безумия. И неважно кто это, друг по работе, соседка по квартире, или случайный свидетель трагедии.
О том, что случилось с Лилей, я узнал через неделю. Когда девушку похоронили, и не так ощущалась боль от утраты. Хотя у всех людей реакция разная, и невозможно понять, искренне говорит тот, кто соболезнует, либо искусно скрывает, под маской, настоящие эмоции. И не всегда печальные.
Игорь сильно изменился, осунулся, выглядел как старик, с растрёпанными волосами, недельной щетиной, и в мятой одежде. Он прохаживался возле моей работы, и ждал, когда я закончу. Обнимая его, я старался найти слова, чтобы поддержать друга и успокоить, но ничего не выходило. Все слова были банальными и абсолютно бесполезными. Игорь вяло реагировал, и больше молчал, понуро свесив голову.