— Мэлс, мальчик мой! — вскинула она руки, улыбнувшись на удивление голливудской улыбкой!
Я тоже улыбнулся, не забыв помахать рукой. Что-что, а ладить со старшим поколением я научился еще в детстве. Как показала практика, родители гораздо лучше прислушиваются к мнению подростка, если за спиной ребёнка стоят родители этих самых родителей. Но не спешите судить малолетнего интригана. Я применял этот приём только в случаях, когда была уязвлена моя гордость.
Тем временем наша улыбчивая пауза затянулась до неприличия.
— У тебя, кстати, гости! — не торопясь открывать шлагбаум, вдруг обрадовала меня консьержка.
— Да, — даже растерялся я, почти забыв о комсомольцах. — Мои ученики и будущие Часовые «Чуваш» и «Комсомолка».
Однако бабушка больше не смотрела на меня. Её лисий взгляд уже давно уцепился за Лизу. Я уж было начал подозревать бабушку в сплетничестве, мол, Сумрак-то каков — молоденьких студенток к себе домой водит.
Но нет. Как оказалось, я — человек, выросший на Земле 505 — слишком испорчен для прекрасной Земли 1.
— Сдала всё-таки? — уже улыбаясь, подмигнула консьержка Лизе.
— Ага, — довольно выпятив грудь, откровенно улыбалась Гагарина.
Сначала я не осознал, что происходит, хотя и понял, что Лиза и бабушка как минимум знают друг друга. Но всё встало на свои места, когда я увидел на блузке Лизы серебряный значок в форме пятиконечной звезды с логотипом Часовых.
И откуда он у неё? Ведь не было не то что церемонии награждения, мы в Башне Часовых даже души живой не видели!
— Подумать только! — театрально вскинула она руки. — Лизка Гагарина из тридцать девятой и — Часовая! Дедушка бы тобой гордился!
Слушая их разговор, я наконец-то начинал что-то понимать. Видимо, Лиза, как дитя советской интеллигенции, тоже жила в доме на Котельнической. Оттуда и эта милая бабушка знала нашу «Комсомолку».
Тут консьержка наконец вспомнила про меня.
— Mэлс, твое парковочное место всё так же номер девять. А по поводу гостей, я имела в виду Савелия из седьмой квартиры и Сережку из пятьдесят первой.
И, не уточняя, кто такие Савка и Серёжка, бабушка наконец подняла шлагбаум перед машиной, повелительно указав направление парковки.
Лиза — умничка. Аккуратно припарковал машину на обозначенное место, к слову, на внутренней парковке, кроме нашей «Чайки», я не увидел ни одного советского автомобиля. Ни одного. И это навевало нехорошие мысли о схожей с моим родным миром судьбе советского автопрома.
— Так, — медленно выдохнул я, стараясь не сорить словами. — Кто такие Серёжка и Савелий?
— Судя по тому, что консьержка назвала номера квартир, они твои соседи! — изобразил капитана Очевидность Борис. — А раз они имеют доступ в твою квартиру, значит, вы хорошие друзья.
— Это Йотун и Каннибал… — с нотками ужаса выдохнула Лиза.
Тем временем пальцы до побеления вцепились в оплетку руля. Да у Гагариной паническая атака!
А дальше последовало то, что Борис будет припоминать ей ещё не одну посиделку!
Звонкая пощёчина эхом прокатилась по полупустой подземной парковке. Причём, несмотря на то, что досталось Лизе, отрезвляюще она подействовала на обоих моих подопечных.
— Это сейчас мне придётся идти в квартиру к двум Часовым и изображать их друга, — спокойно произнёс я часто дышащей Гагариной. — Соберись. Позже порефлексируешь и пострадаешь, а сейчас от тебя требуется максимальная отдача.
С этими словами я, подавая личный пример, выпрыгнул поверх двери кабриолета. Борис не подвёл. Когда надо — скупой на слова и действенный, он не раз доказал свою эффективность в стрессовой ситуации.
И, к моему облегчению, Лиза Гагарина таки не задержала нас и сама лично нажала на вызов кабины лифта. Причём по играющим желвакам девушки и затянутым в тугой хвост волосам я понял, что железная сила воли ночной ведьмы наконец поборола минутную слабость.
И это внушало лёгкую… Нет, не уверенность. Внушала лёгкую надежду на то, что первая встреча старых друзей с обновлённым Сумраком сможет пройти хотя бы как-то… Учитывая тот факт, что старые друзья, что ждут Сумрака в его квартире, это никто иные, как знаменитые Йотун и Каннибал — Часовые. А Часовые, как я понял, этакая советская супергеройская внешняя разведка! Штирлиц, Индиана Джонс и Джеймс Бонд в одном флаконе!
И как тут не проколоться⁈
Хотя, я ещё со школы знаю как: сказаться больным и выпроводить дорогих, но незваных гостей. А чтоб ни у кого не возникло сомнений — проблеваться. Как правило, вид серого лица только что проблевавшегося человека вызывает только сочувствие.
— Работаем как в метро, — сообщил я, вставляя наушник соник-связи. — С Лизы — вся актуальная информация по ходу разговора. С Бориса — вся остальная магия.