— Только и всего? — выдохнул я, хаотично пытаясь придумать, в какую сторону крутить разговор.
Очевидно, настоящий Сумрак знал про незаконнорожденного сына. Знал, но прикрывал друга. Лиза ведь все уши прожужжала о том, насколько Йотун и Деметра прекрасная пара. А тут вот как оно всё…
— У Часовых сейчас и так с репутацией не очень, — глядя на меня будто рентгеном продолжал Йотун. — А если советские граждане узнают про моего сына Иная…
А может и правда плюнуть на всё и вернуться домой⁈
Однако вслух я сказал иное.
— Я всё ещё не вижу никаких проблем, — давил я его сомнения непоколебимый уверенностью.
Ну а что ещё оставалось? Лиза вчера мне довольно подробно объяснила «ху из Сумрак», показала несколько видео с тем как он ходит и вообще держит себя. Ну а мне только и оставалось что продолжать сохранять хорошую мину при плохой игре.
Сохранять мину и надеяться, что вдруг пропавшие из эфира Борис и Лиза наконец появятся. Ведь настоящие герои всегда появляются в самый последний момент!
— А Инай? — попытался раскачать меня Йотун. — Если вдруг станет известно что у часового вдруг есть незаконорожд…
И у него это почти получилось! Почти.
Проговорившись об этом, он фактически сам навёл меня на прокол. Ведь Часовые — это честь и совесть Советов. Тем более что Йотун и Деметра — фактически главная семейная пара союза! Так сказать, эталонная семья! А тут получается, что образцовый глава семейства вдруг оказался не таким уж и образцовым.
Я тяжело выдохнул, взяв долгую паузу.
— Ты когда последний раз был в отпуске? — честно спросил я у Йотуна.
Казалось бы, простой вопрос вдруг вызвал у Каннибала приступ детского веселья.
— Отпуск у Часового? — заулыбался чернокожий сын Олимпиады по прозвищу «Каннибал». — Ты, я, Деметра, Йотун, Султан, Атаман и Байкал. Нас всего семеро!!! Байкал так вообще в четырёхнедельной экспедиции! О каком отпуске ты говоришь? — больше требуя ответа, чем спрашивая, начал подниматься Каннибал
А я вдруг почувствовал, насколько зыбка земля под ногами. И тем не менее мне больше ничего не оставалось, как стоять на своём.
— О законном отпуске, Каннибал, по закону об отпуске. Меня завтра вызывают в Кремль… — начал я, и Каннибал сел на место, после чего они с Йотуном переглянулись.
Глубокий красноречивый взгляд дал понять, что мой вызов не был для них новостью. И даже больше, кажется, и Савелий, и Сергей знали причину этого вызова.
Мне же только и оставалось, что сыграть на этом.
— И вы оба знаете, почему меня вызывают.
Каннибал и Йотун вновь переглянулись. Причём, в глазах обоих уже пропал лёгкий туман алкоголя.
— Рогозин будет требовать моего отстранения.
— Именно так, — кивнул я Савелию. — Поэтому со вчерашнего дня ты с Афиной уходишь в отпуск!!!
— Да какой отпуск, когда меня завтра отстранят! — вскочив, импульсивный великан вновь не выдержал. — Нет! Лучше я сам!
Он вновь потянулся к ганту.
— Сядь, — едва слышно потребовал я.
И Йотун, о чудо, подчинился!
— Разве вы не понимаете, что Рогозин копает под меня? Под всех Часовых, но меня в первую очередь! — припоминая каждое слово из вчерашней лекции Гагариной, я перевёл взгляд с одного здоровяка на другого. — А ты, Савелий, для них лишь удобный инструмент, чтобы через тебя надавить на меня и дискредитировать весь институт Часовых. Понятно?
Оба кивнули. Видимо, то, что я озвучил, давно витало в воздухе, просто мало кто решался сказать это вслух.
Тут Каннибал меня вновь удивил, нацепив на мясистый большой нос аккуратные прямоугольные очки.
— Институт Часовых изначально стоял наособицу и подчинялся только «Коллективу». А после смерти Киело…
Каннибал не договорил. Йотун, чувствуя прохладную тему, наступил другу на ногу, чтобы тот наконец замолчал. Однако старого Сумрака здесь не было, только я. И в отличие от оригинала нынешнему мне было абсолютно пофиг на душевные терзания прошлого меня.
— Савелий, — заметив движение ногой, покачал я головой. — Товарища Кати больше нет.
— Но как же? Ты же!.. — начал было он.
— Я любил Катю как никто другой, — осадил я друга. — И это я виноват, что за последние два года, пока я упивался собственным горем, с Часовыми произошло то, что произошло. Я слишком растворился в собственном горе и не заметил, как вредители и коллаборанты уже сейчас дербанят наш Советский Союз. А твоя дискредитация — это лишний повод убрать Часовых вовсе! Разве не так?
К своему удивлению, обнаружил, что оба великана больше не смотрят на меня с подозрительным прищуром. Наоборот, теперь в взгляде читалось только благоговение и… Надежда⁈