- Как доехали? – старик уперся в Евгения пронзительным испытующим взглядом. – Надеюсь, проблем при пересечении границы не было?
- Все в порядке, - поспешил успокоить его Белугин. – Товарищи из парижского отделения снабдили меня вполне надежными документами.
- Деньги привезли? Мы тут страсть как нуждаемся в деньгах!
- Ах, ну что вы так сразу набрасываетесь на Эжена? Дайте ему хотя бы раздеться! – Миловидная стройная брюнетка, выглянувшая в прихожую, улыбалась так открыто и заразительно, что Белугин не удержался и радостно засмеялся в ответ.
- Ольга! И ты здесь? Вот уж не ожидал тебя увидеть – говорили, что ты скрываешься после акции в Одессе где-то на юге, в поместье богатого немца-колониста?
- Ах, он оказался решительно невозможен. Все время приставал с предложениями руки и сердца. Пришлось сбежать от него по-английски. Фи! – Брюнетка капризно надула губки. – Впрочем, что это мы стоим в дверях? Пойдемте лучше чай пить.
В комнате было сильно накурено. За круглым столом, на котором в живописном беспорядке громоздились всевозможные бутылки, свертки, грязные тарелки и наполненные доверху пепельницы, сидели хорошо знакомые Белугину инженер Тарасевич и молодой человек во флотском мундире, скрывающийся за звучным псевдонимом Нельсон.
«Э-ээ, похоже, я прибыл очень вовремя! – моментально сообразил Евгений. – В таком составе комитет может собраться только для одной цели – подготовка к акции. Что ж, значит расчеты Службы оказались верными».
После того как Белугин окончил доклад о своей заграничной поездке, товарищ Аристарх на правах старшего изложил основные цели заседания.
- …Зимнее выступление окончилось полным провалом. Хотим мы того или нет, но активность рабочих в последние несколько месяцев заметно пошла на убыль. В городах свирепствует охранка. Многие наши ячейки разгромлены, уничтожены несколько подпольных типографий, полиция захватила созданные с таким трудом склады оружия. Я бы сказал, что наблюдается известное желание части, ранее сочувствовавших нашему движению, теперь отойти в сторону, дистанцироваться от нас. Мы не можем допустить этого! Необходимо не только напомнить о себе, но и продемонстрировать нашу силу, нашу решимость продолжать борьбу, а, главное, привязать к себе всех колеблющихся и сомневающихся. Я думаю, что большая кровь, акт устрашения, как нельзя лучше подходит для этого…
«Вурдалак. Самый настоящий вурдалак, - мрачно думал Евгений, рассматривая спокойное лицо Аристарха, говорившего о по-настоящему страшных вещах совершенно спокойно и даже равнодушно. – А вот интересно, если сейчас достать револьвер и перестрелять всю эту шатию-братию, а его оставить на закуску – будет просить пощады или нет? Пожалуй, что нет – настоящий фанатик. Раньше такие на плаху шли не колеблясь и не раскаиваясь, так этот такой же. Черт, аж руки чешутся в них барабан разрядить!»
-…нужно сделать все быстро, решительно и по возможности, с большим шумом. Так, чтобы эхо по всей Руси прокатилось! Поэтому я считаю, что от прежних методов привлечения для исполнения всяких-разных прекраснодушных дураков-идеалистов в этот раз следует отказаться. Требуется серьезный, хладнокровный профессионал…
«Что ты знаешь о профессионалах старик? – с грустной иронией подумал Белугин. – Да любой спец по силовым операциям из Службы раскурочит вашу сраную планетку за считанные часы, встряхнет ее, будто грязный коврик, а затем положит на место девственно чистой – без единого человечишки. Вся загвоздка только в том, что по необъяснимой прихоти мироздания мы не можем перебросить к вам по-настоящему мощное оружие, и вынуждены ограничиваться допотопными образцами, играясь в вашей детской песочнице. Да и нет у нас такой задачи. Пока! А как появится… что ж, в принципе можно обойтись и без ударного звездолета – несколько удачно подобранных штаммов какой-нибудь «африканки» работают тоже вполне качественно».
-…Есть предложение доверить эту честь товарищу Евгению…
- Позвольте! – порывисто вскинулся Нельсон. – Но мне еще в прошлый раз обещали, что следующая акция непременно будет поручена мне? Как же так, товарищи?
- Вы сыграете очень важную роль на своем месте, - сухо обронил Тарасевич, нервно хрустнув пальцами. – Организация недаром продвигала вас по службе все эти годы, выводя на ключевую позицию. Я думаю, ни у кого нет иллюзий по поводу того, чего нам это стоило? Ну так вот, извольте теперь беспрекословно подчиняться решениям комитета. Понятно?