Хочу с воскресшими людьми
Пахать
Живое поле.
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Вина ("О том же самом думала она...")
О том же самом думала она,
О чем другие думали ночами,
Терзались, но молчали, все молчали,
Поэтому молчала и она.
Ее схватили, тайно увезли,
Решили, что она не так молчала;
Теперь она их смело обличала,
Ее молчать заставить не могли.
Звучали в тишине ее слова
За толстою тюремною стеною;
Они сказали, что она виновна,
Ей не сказали, что она права.
Она виновна? В чем ее вина?
Сказать всю правду многие хотели,
Мечтали, порывались, но не смели,
На этот шаг отважилась она.
Прервав другие важные дела,
Они ее допрашивали, словно
Она была действительно виновна,
Хотя виновной вовсе не была.
Всю злость и ярость на нее излив,
Они ее в конце концов убили
И говорить народу запретили
О том, что приговор несправедлив.
В отчаянье кричать: она мертва!?
Искать у Неба правды и защиты?
От крови руки начисто отмыты.
Но кто ее убил,
Ту, что была права?
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
"Из стихов о животных и птицах"
Орангутанг ("Есть руки у него, которые берут...")
Есть руки у него, которые берут,
Но миру дать он ничего не может.
Немыслимо его причислить к людям.
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Попугай ("Хозяин от него в восторге...")
Хозяин от него в восторге:
Его язык болтлив и ловок,
Он никогда не произносит
Ни слова без хозяина-суфлера.
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Страус ("Среди пернатых есть такая птица...")
Среди пернатых есть такая птица,
Она себя не реализовала:
Большие отрастила крылья,
Но не летает.
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Чудесная быль ("Андерсен — мы чтим его творенья...")
Андерсен — мы чтим его творенья,
Братья Гримм нас в край чудес вели;
Только не они — великий Ленин —
Самый лучший сказочник земли.
Где еще пустыня обратится
В лес и плодородные поля,
Вырастет тяжелая пшеница,
Зашумят дубы и тополя,
Горы отодвинутся, не споря,
Место дав площадке заводской,
Степь сухая обратится в море,
И подует ветерок морской,
И без страха южные деревья
Устремятся за Полярный круг,
Спутник в небесах обгонит время —
Где еще такое встретишь, друг?
Чтоб в краю пустынном — изобилье,
Чтобы реки шли иным путем —
Где еще, как не в чудесной были,
Сказке-были, созданной вождем!
Не седым волшебникам и магам
Покорятся горы и леса —
Трудовой народ под алым стягом
Научился делать чудеса!
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Счастье ("Я счастлив тем, что всей душой, как сумасшедший, жизнь любил...")
Я счастлив тем, что всей душой, как сумасшедший, жизнь любил,
Тяжелый иней прошлых дней мне голову посеребрил.
Я человеческую жизнь, как прежде, трепетно люблю,
Порой вздыхаю в тишине, но слезы горечи не лью.
Нет сожаления во мне, я лишь о том твержу во сне,
Что увлеченностью души я насладился не вполне.
Смешно? Трудился, хлопотал, а что взамен за те труды?
Я верю, на земле людей останутся мои следы.
У бирюзового холма, когда сойду безмолвно вниз,
Замрет, как верный часовой, высокий, стройный кипарис.
Не плачь, мой мальчик,
Я не мог всю жизнь
Спокойно видеть слез чужих.
Источник: "Трудны сычуанские тропы", 1983
Детский сад ("Вы с чем сравните детский сад?...")