- И всё же, ты до сих пор не извинился, - обвиняющим тоном произнёс Гарри.
Джеймс застыл и тут же осознал, что действительно не извинился и должен сделать это.
- Ты прав. Прости за всё, что я тебе наговорил, - искренне извинился Джеймс.
- Разумеется. Не стоит извинений, - безмятежно отозвался Гарри.
Увидев, как смутился Джеймс, Гарри рассмеялся. Его смех вызвал у Джеймса улыбку, он осознал, что очень давно не слышал смеха сына.
- А теперь вернёмся к заклинанию. Я знаю, что ты не очень силён в оклюменции, но тут всё проще. Ты должен очистить своё сознание и отгородиться ото всех эмоций, прежде чем я произнесу заклинание. Тогда ты заснёшь крепким сном без сновидений, - с улыбкой произнёс Джеймс.
- Я постараюсь, но, правда, ненавижу оклюменцию. И если это очищение ума схоже с ней, не думаю, что у меня получится, - ответил Гарри.
- Ты можешь изучать всё, что угодно, так почему бы тебе не заняться и оклюменцией? Я мог бы попросить Дамблдора помочь, если хочешь, - Джеймс остановился, увидев раздражённый взгляд Гарри. Поттер вздохнул, - Он тебе не враг, Гарри. Он хочет помочь.
Гарри покачал головой, Джеймс ясно видел ненависть в его глазах. Он не мог понять, почему Гарри так ненавидит директора, особенно после того, что случилось в прошлом году. Благодаря ему, Гарри не попал в Азкабан. Джеймс не стал говорить об этом сыну, это бы его всё равно не убедило.
- Тебе не придётся заниматься оклюменцией, но необходимо будет очищать свои мысли и находиться в спокойном состоянии, иначе ты на четыре часа застрянешь в своих кошмарах, - Джеймс увидел, как растерялся Гарри после этих слов и тут же пожелал о сказанном, - Извини, я не имел в виду…я хотел сказать, что тебе нужно очистить свой разум, иначе ты уснёшь, но от кошмаров это не спасёт.
Гарри кивнул и внимательно посмотрел на Джеймса. Поттер мысленно пнул себя, и почему он всё время говорит глупости.
- Когда ты собираешься произнести заклинание? - спросил Гарри, спустя несколько минут молчания.
- Как только ты будешь готов. Я подумал, что сперва тебе стоит попробовать освободиться от мыслей, а затем мы сможем испытать заклинание, - ответил Джеймс.
Казалось, Гарри пытается обдумать это.
- И ты уверен, что у меня будет четыре часа? - спросил Гарри, Джеймс кивнул головой, - Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Проспать четыре часа за ночь, это было бы великолепно.
Если бы Джеймс не знал наверняка, то решил бы, что сын говорит с сарказмом. Его сердце сжалось, когда он услышал, с каким воодушевлением Гарри говорит о возможности поспать всего четыре часа. Он попытался успокоиться и обратился к мальчику.
- Я планировал использовать его два раза за ночь. Так ты бы сумел нормально выспаться.
Гарри посмотрел на Джеймса, и в его взгляде Поттер вновь увидел удивление.
- Тебе не нужно просыпаться из-за меня. Четыре часа это более чем достаточно, - быстро ответил Гарри, но Джеймс покачал головой.
- Это не тебе решать. Я буду произносить заклинание, и я решу сколько раз это нужно делать, - Джеймс поднялся и взял в руки книгу с заклинанием, чтобы показать его Гарри. Когда он обернулся, на его губах сияла улыбка, - К тому же, я скучаю по тем временам, когда мне приходилось вставать среди ночи и бежать к тебе, когда ты был малышом. Настало время наверстать упущенное.
На практике, освободиться от мыслей оказалось не так то просто. Гарри был ужасно расстроен из-за всего, что произошло. Через два дня у него должны были начаться экзамены, и он не мог сомкнуть глаз. Каждый раз, как он пытался заснуть, он видел Волдеморта. По мнению Гарри, освобождение мыслей было равносильно оклюменции. Он пытался, как мог, но у него ничего не выходило.
- Гарри, позволь Дамблдору помочь тебе, - просил его Джеймс.
- Нет! Я не хочу видеть его рядом с собой. И уж тем более в моей голове, - отрезал Гарри.
- Он может помочь тебе, я знаю, он может. Он превосходен в оклюменции и легилименции. По крайней мере, поговори с ним об этом. Возможно, он сумеет дать тебе неплохой совет.
- Оставь меня в покое, папа. Я пытаюсь учиться, - сказал Гарри, загораживаясь учебником трансфигурации.
Расстроенный Джеймс снова вернулся к бумагам, разбросанным по столу. Он очень хотел помочь Гарри, но не мог же он поговорить с Дамблдором сам, или мог? Как только эта мысль пришла в голову Поттера, в комнату вошла Лили. Она быстро кивнула Гарри и скрылась в соседней комнате, подав Джеймсу знак, следовать за ней. Когда она повернулась к нему, он увидел, насколько серьёзна она была.
- Есть прогресс? - спросила она. Джеймс покачал головой.
- Нет, он совершенно не может успокоить свои мысли. Я, наверное, первый раз увидел, как он в чём-то потерпел неудачу. Лили, у него ужасно выходит.