Лоренс Блок
Часть работы
Lawrence Block — Part of the Job
© 1967 by Lawrence Block — Part of the Job
© Константин Хотимченко, перевод с англ., 2026
Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям.
— Уолтерс ушел, — сообщил Джондал. Он протирал очки салфеткой со специальной пропиткой. — У него была очень ответственная должность, знаете ли. У него был доступ к важному стратегическому плану всего отдела. Взял его копию и исчез.
Он скомкал салфетку, изучил линзы, надел очки и посмотрел на меня через стол.
— Теперь он продаст его тому, кто больше заплатит.
— Это важно?
— Жизненно важно. Уолтерс думает, что он чист. Это не так. Служба безопасности следила за ним несколько месяцев, ожидая чего-то подобного. За ним наблюдают, он залег на дно в дешевом отеле. Отель под наблюдением. — Джондал посмотрел на меня, его взгляд был извиняющимся. — Вы должны добраться до него раньше, чем это сделают конкуренты. Вы это, конечно, понимаете.
— Мы хотим вернуть документы, я полагаю.
— Более чем. Уолтерс занимал высокую должность, я же говорил. План на бумаге. Он также в его голове. Утечка может навредить нам.
— Значит, сначала я должен причинить ему боль.
Джондал хрюкнул. Он протянул мне папку с авиабилетом.
— Ваш рейс через три часа. Не думаю, что вы захотите собирать много вещей. Вы можете вернуться, как только наладите контакт.
— Хорошее словосочетание.
— Вы, конечно, знаете правила игры. Уолтерс тоже знал правила, не забывайте об этом. Он понимал, чем рискует, и, очевидно, считал, что вознаграждение оправдывает его. Деньги, слава, вот чего он захотел. Я предполагаю, что этого все люди хотят. Но не у всех выходит. Что ж. Вы вернете нам план, разберетесь с Уолтерсом и сделаете это как можно скорее. Это ваша работа.
— Отличная работка.
Он посмотрел на меня.
— Кто-то должен это делать. Не скажу, что это весело, но это нужно. Большинство людей едва ли знают о нашем существовании, но...
— Они лучше спят по ночам, потому что мы делаем свою работу.
— Что ж, — сказал он. — Я вижу, мы понимаем друг друга.
* * *
Я вернулся в свою квартиру и собрал сумку. Я знал Уолтерса, нервного молодого человека с задумчивыми глазами и широким лбом. Я несколько раз играл с ним в шахматы, а однажды мы вместе обедали. Мне было интересно, что заставило такого человека решиться на побег.
Такси доставило меня в аэропорт. Я отнес свою единственную сумку в самолет. Полет прошел гладко и в целом без происшествий. Стюардесса отклонила мое приглашение на ужин, а затем послала мне тоскливый взгляд, намекая на то, что она может передумать, если я попрошу ее снова. Я не стал.
Самолет приземлился через полчаса после захода солнца. Я втащил свою сумку в здание аэровокзала и опустил десятицентовую монету в телефонную щель. Я набрал номер, и на третьем звонке мне ответили.
— В браке много боли.
— Безбрачие не приносит удовольствия.
— Чудесно, — произнес я.
— Мы забронировали для вас номер в отеле. Его номер — 412. Сейчас объекта в нем нет. Он на ужине. За ним следят два человека. Он ни с кем не встречался и не контактировал.
— Хорошо.
— Мы полагаем, что завтра утром к нему придет покупатель. Возможно, раньше.
Я повесил трубку и проверил, не вернулись ли по ошибке мои десять центов. Однажды, много лет назад, такое случилось, и с тех пор я ждал, не повторится ли снова этот фокус. Я взял такси до отеля Уолтерса. Место оказалось убогим. Ковер в вестибюле был поношенным, а вся мебель — довоенной. Я зарегистрировался у стойки. Клерк нажал на звонок, и мы ждали в тишине, пока наконец не появился посыльный. Он проводил меня в номер на втором этаже. У меня не было мелочи. Я дал ему доллар и смотрел, как он его разглядывает. Когда он ушел, я положил одежду в комод, сунул пистолет в один карман, а шило — в другой. Затем прошел мимо лифта, поднялся на два лестничных пролета и нашел номер 412. Постучал, но никто не открыл.
Замок был просто смехотворным. Я задвинул язычок полоской карточкой и впустил себя. Бегло осмотрел комнату. Документов нигде не было, и я сдался и уселся в кресло. Я мог бы осмотреть все более тщательно, но не стал затевать беспорядок. Джондал хотел, чтобы все выглядело как естественные причины. Если бы речь шла только о том, чтобы найти бумаги, я бы тщательно обшарил комнату и ушел до возвращения Уолтерса, но поскольку конфронтация была неизбежна, я решил избавить себя от лишней работы и беспокойства и позволить Уолтерсу самому отдать план.