Устав бродить, залез в кровать. Вовремя – с обедом прибыла очень миленькая милосердная сестричка. Похоже, для больных категории «вери гуд» таких подбирают специально.
Больничная жизнь шла своим чередом. Палату покинули большая часть аппаратуры и капельница, уменьшилось количество лекарств, на завтра при сохранении темпов выздоровления был обещан телевизор. Не помешает.
Благодаря мягко действующей успокаивающей химии процесс засыпания прошел незаметно.
И опять обошлось без снов. То есть, что-то, наверное, снилось, но не запомнилось совершенно. И это прекрасно!
Телевизор после утреннего осмотра и взятия анализов доставил Николай.
После манипуляций с электроприводом кровать стала подобием большого удобного кресла, к которому санитар и пристыковал кронштейном жидкокристаллическую панель. Пульт совершенно, как наш, а память уже подсказывает комбинацию цифр. Жму. Палату наполняет характерный шум футбольного матча. Э-э нет, так дело не пойдет. Где новостной канал?
Этих оказалось несколько штук. Нечто вроде «Евроньюс», «Бизнес-канал» и круглосуточный «Лента Юга». На нем пока и остановимся.
Иногда переключая программы, продолжаю раздумья на «злобу дня», в смысле: как жить дальше?
Понятно, что при мне большая часть памяти предыдущего владельца. Но не вся, потому что с детскими и частью юношеских воспоминаниями плохо. Мало того, что они присутствуют отрывками, да еще и смешаны в причудливый винегрет с моими собственными и приправлены тем, что пришло из прошлых жизней. Например, пытаюсь вспомнить школьные годы Максика, а вижу, как меня учили владеть мечом во дворе фамильного замка, и тут же, без перехода, первые в своей жизни стрельбы из отцовского ПМ.
Память более-менее устаканивается начиная с 18 лет, с окончания Максимом школы.
Далее. Я – не Макс, наверняка присутствует масса отличий во всем, начиная от характера с поведением и заканчивая, как полагаю, манерой общения и общей вазомоторикой. Бросится это в глаза? Тем, кто хорошо знает моего предшественника – несомненно. Отсюда простой вывод – нужна легенда, ибо в противном случае… Чужая память щедро одаряет яркими сценами из блокбастеров. Извечные враги свободы и демократии всегда готовы подменить двойником любого гражданина Югороссии, чтобы совершить очередное страшное злодеяние. Агенты Сибири и жаждущей имперского реванша Среднерусской конфедерации, наемники эмиратских нефтяных корпораций и самое страшное – террористы «Офицерского союза». Последние вообще звери во плоти, питающиеся исключительно невинными младенцами и кровью девственниц…
Ага, сразу после того, как они этих самых весьма недурственных, судя по фильмам, девственниц попользуют по прямому назначению, обосновывая тем самым последующее появление младенцев.
Ну и бредятина в голове у предшественника!
Избыточный просмотр телепередач приводит к задержкам в развитии и общему разжижению мозга – это к гадалке не ходи. Ведь тридцать три года мужику! Я в его возрасте уже с майорскими погонами ходил, боевые задачи в полный рост выполнял. А этот!..
Но среди пропагандистского хлама попадается и полезная информация. Спецслужбы местного мира представлены полицией, службой безопасности Югороссии и спецагентами Контрольного совета Лиги Наций. Последние крутые, как Джеймс Бонд, фактически, с открытой лицензией на убийство.
Итак, какие имеем варианты?
Всячески «обсосав» вопрос, перебрав варианты, останавливаюсь на легенде изменения психики после пережитой клинической смерти. Это в качестве основы, а так: всегда думать и больше молчать.
А если предшественник был болтуном?
Поразительная вещь – и проверить невозможно. Особенности психотипа Максика, похоже, канули в лету вместе с его душой.
Придется действовать по обстановке, почаще «включая дурака» – люди это любят.
Выключив поднадоевший телевизор, вспоминаю и анализирую сцены из жизни того, кого совсем скоро придется изображать.
Не хочу я, понимаете ли, в застенки. А в местную психушку вообще не хочу, хотя диагноз «шизофрения» выглядит крайне заманчиво, объясняя любые странности. Но ведь «вылечат»!
За глубокими раздумьями и застает заглянувшая в палату Ольга Дмитриевна.
– Как вы себя чувствуете, сэр? Что-то вы помрачнели.. Вам стало хуже?
– Нет, леди, все хорошо. Даже аппетит к обеду пробуждается. Просто задумался. Такое вспомнилось…
Расчет на женское любопытство оправдался:
– А что, сэр?
Надеюсь, что мое выражение лица можно назвать доверительным:
– Ольга Дмитриевна, ответьте, пожалуйста, честно: я ведь почти умер по дороге сюда?
Есть попадание! Отлично!
– Нельзя так говорить, Максим Александрович. Вас своевременно доставили, провели реанимационные мероприятия…
Отрицательно качаю головой:
– Я видел, как я умер, видел свое тело, над которым бились врачи.
В общем, девушка открыла правду – Максик действительно чуть не врезал дуба в реанимации. Клиническая смерть.
Если быть точным, обычная. И наступила раньше, дома, в постели. Но для него. А в освободившееся тело вселился я и немного погодя тоже чуть не помер.
Подмечая реакцию Оленьки, щедро делюсь знаниями, полученными из мистических передач канала РенТВ и Интернета, не забывая с благодарностью поминать Господа.
Судя по лицу и жестам благодарной слушательницы, легло качественно. Потом даже немного поболтали о всяком-разном невозможном. Очень приятная в общении девушка. Отзывчивая, непосредственная и над шутками смеётся с удовольствием. А такой строгой казалась поначалу.
Легенда точно пришлась ко двору, потому что после обеда в палату заглянул лечащий врач с тем же самым мистическим вопросом. Выслушав более сбивчивую и запинающуюся (главное – не переигрывать!) версию, доктор подвел итог:
– Это знак свыше, молодой человек. Сами небеса дают вам понять, что необходимо беречь данную Господом жизнь, не транжирить ее на сомнительные удовольствия, и не рисковать ею понапрасну.
– Да, сэр. Когда я вспоминаю свое прошлое поведение…
На мой циничный военный взгляд, вытирание соплей и душеспасительные беседы с пациентом категории «вери гуд» изрядно подзатянулись. Но зато прозвучало дельное предложение – поведать о случившемся пастору и осуществить пожертвование на нужды церкви. Второе как-то особо и не хотелось…
Это что, пробудившаяся жаба? Осталась от Максика и тянет липкие холодные лапки к моему горлу? На фиг! Отличный кирпичик в основание легенды, выполнить обязательно.
Весь следующий день старательно вспоминал эпизоды рабочей деятельности предшественника, а затем состоялась выписка. Кстати, сослуживцы не звонили, здоровьем не интересовались, не навестили… Похоже, Максика не особо любят. Или там вообще никто никого не любит. Ну, и к лучшему.
Учитывая, что меня доставили только в футболке типа «чехол для дирижабля» и соответствующих трусах, опять же за счет страховки получил неплохой синий с белым спортивный костюм и кроссовки в тон. Любезность персонала больницы распространилась даже на оплаченный вызов такси с пометкой – «доставлен без единой карты». Хорошо, что платит фирма. Опять же по совету Ольги Дмитриевны дозвонился по больничному телефону до околотка и поговорил с дежурным. Околоточный вскрывал дверь медикам, когда я в отрубе валялся на кровати, полиция же произвела опечатывание квартиры после убытия кареты скорой помощи.
Распрощавшись с персоналом, выбравшись из подвезенного к самой легковушке инвалидного кресла, занимаю место в салоне и озвучиваю:
– Платановый бульвар, восемнадцать.
Мысленно добавляю: подъезд третий, этаж четвертый.
На лавочке у подъезда сразу замечаю крепкого парня со скучающим выражением лица. Завидев мою выбирающуюся из такси тушу, он немедленно оживляется:
– Сэр Михеев?
– Да, это я, офицер.
– Старший лейтенант Кузякин.
Предъявляет пластиковую карточку-удостоверение. Интересный момент – фотография по периметру подсвечена переливающейся полосой. И держит прямоугольник характерно, за угол, не иначе, воздействуя на папиллярный датчик. Нехилая электроника.