Несмотря на то, что перемещения из мира в мир были хаотичны, по большей части кратки и, возможно, опасны, Марии понравилось бывать где-то там, где было иначе, чем дома. Нет, дом свой она любить не перестала. Даже напротив, в большинстве из миров, где ей довелось побывать, Маша никогда не чувствовала себя так же уютно и спокойно, как в любимой квартирке или на даче. Да, были прекрасные, удивительные места, радующие глаз, но даже они не казались такими же удобными, как родной дом. Так же как разношенные кроссовки всегда удобнее модельных туфелек!
- До встречи, человечка, - небрежно попрощался демон, одаривший девушку меткой. - Когда мне будет надо, приду.
Сказав это, гигант развернулся и в два шага вернулся к геометрической фигуре, из которой возник. Ее контуры, все еще обледенелые, несмотря на все тепло поздней весны, четко выделялись в траве. Демон шагнул в ее центр и просто исчез. Только иней на траве и глубокие вмятины от копыт, впечатавшихся в землю, - все что осталось в качестве доказательства визита. Они, да еще узор на запястье.
А Маша… А что Маша. Она скатала свой коврик, сунула его под мышку и трусцой побежала домой.
В отпугивательную силу браслета-узора хотелось верить, потому что убивать всяких чудовищ едва ли не ежедневно решительно надоело. Она все-таки студентка, а не какой-нибудь там Ведьмак, которому за работу положено платить чеканной монетой. Об этом то и дело принимался петь под нос Лешка, начисто лишенный слуха. За что и получал от возмущенных девчонок тетрадками по дурной башке.
Глава 13. Странные сны
Четыре дня прошли мирно, не считая пары перемещений по миссиям ключа, где всего-то и пришлось в первом случае поймать за шиворот какого-то парня, готового свалиться в ревущий водопад. (Тут-то хотя бы все и сразу было понятно).
А вот второй раз бедная Маша оказалась где-то высоко в горах и едва не задубела до костей, пытаясь поскорее определиться с миссией. Вокруг ничего и никого, кроме льда, снега и камней не было. В конце концов, почти одурев от холода и бессмыслицы, Мария подобрала и в сердцах швырнула с обрыва мелкий камешек. Горы долго сотрясались, а лавина все набирала и набирала силу. Чем уж там дело кончилось, та, кого демон обозвал «ортэс», так и не уяснила. Но радовалась одному: после столь меткого броска ее с ледника вернули назад. А горячий чай, выпитый прямо в горячей ванне, помог согреться и обойтись без простуды.
Следующего монстра, прыгнувшего к ней из-под крышки канализационного люка и оказавшегося с виду помесью крысы, дикобраза, крота и змеи Маша встречала почти с интересом, выставив вперед руку с демоническим узором. Вторую, левую, с мечом, материализовавшимся из браслета там, где его попросили, тоже держала наготове. Но все-таки чуть дальше, чем метку.
Странное ни разу не симпатичное создание грязно-бурой расцветки, почему-то пахнущее прелой пижмой, узор то ли почуяло, то ли заметило. Потянуло длинным носом, повело раздвоенным алым языком, возмущенно фыркнуло, рявкнуло и юркнуло обратно под крышку. На место ее, понятное дело, не поставило. Наверное, нечем было. Или не монстрячье это дело – за собой порядок наводить. Пришлось Маше корячиться самой, пока в дыру не угодил кто-нибудь из беспечных прохожих или любопытных ребятишек, вечно сующихся во все дырки. Причем, чем дырка опаснее, тем с большей охотой туда попытается влезть каждый малек.
В итоге Маша опоздала на автобус и на пять минут на консультацию. Виктория Наумовна, тощая пожилая женщина в интеллигентных тонких очках с позолоченными дужками, в аудиторию студентку допустила. Но не преминула ехидно поинтересовалась причиной задержки.
- Что же показалось вам, моя дорогая, более срочным и важным, нежели своевременное прибытие на консультацию?
Маша честно рассказала про люк и свои опасения. Народ развеселился, шумно припоминая прочие подвиги Сазоновой, в том числе давешнего бомжа, а преподаватель неожиданно разъярилась, зыркнула на студентов из-под очков и, потребовала: