Сонечке сейчас было во сто крат тяжелее. В столь юном возрасте она лишилась отца, который нежно любил её, и которого боготворила она. Оттого девочка чувствовала себя сейчас одинокой и несчастной. Заполнить образовавшуюся пустоту в её душе было некому. Отношения Сони с братьями были не столь тёплыми и доверительными, как у Веры. Виной тому была приличная разница в возрасте – Саша старше сестры на пять лет, а Васенька на столько же моложе. Дети неплохо ладили, но такой привязанности, как у Веры с Андреем и Володей, у них никогда не было. Брат Дмитрий был моложе Веры на шесть лет, и эта разница в детстве казалась огромной. Митюша всегда был для неё маленьким. Она очень любила братишку, но совсем иначе, чем Андрея и Володю. И ещё у Веры была Оленька, подруга детских лет. У Сони такой подруги, с которой она могла бы поделиться девичьими секретами, не было. Всё это неимоверно беспокоило графиню Аносову, а как изменить сложившееся положение вещей, она не знала. Будь Соня характером больше похожа на неё, Вере проще было бы понять её. Но Сонечка в свои шестнадцать лет была наивной девочкой, в то время как её мать в том же возрасте уже была серьёзно влюблена в будущего мужа. Вера была серьёзнее, взрослее и самостоятельнее. Да и по натуре она была бунтаркой, способной перечить даже своему властному отцу, в то время как Соня, слава Богу, на такой протест была не способна. Она была более мягкой и покладистой.
Допив кофе, графиня Протасова предложила дочери прогуляться по саду, желая побыть с ней наедине и поговорить по душам. Утро было тёплым и солнечным. Ласковый ветерок шевелил кроны деревьев, заставляя солнечные блики плясать на лицах и черных платьях матери и дочери.
- Так что же такое приснилось тебе, Софья Петровна? – полюбопытствовала Вера Алексеевна.
- Маменька, сон был таким странным! Я загадала на жениха, - Соня опустила ресницы, щёки её заалели.
- А я, право, и забыла тебе сказать, что загадать надобно. Так что приснилось-то, душа моя? Не томи! - глаза Веры Алексеевны загорелись любопытством.
- Я не разглядела лица. Я видела только спину офицера. Он уходил от меня, а мне было так … грустно … обидно … страшно. Не могу слов подобрать. Что это значит, маменька?
Вере Алексеевне стало не по себе. Она не слишком разбиралась в значениях снов, но чувствовала, что сон дурной. Не желая расстраивать дочку, она продолжила расспросы, пытаясь угадать, кто же приснился Сонечке.
- Стало быть, офицер. Неплохо. А каков он из себя? Высокий блондин? – от волнения сжалось сердце.
- Нет, маменька. Не блондин и не брюнет. Русоволосый. И не высокий, скорее среднего роста. Но он уходил от меня! И даже не оглянулся. А я хотела догнать, но не сумела. Это же нехорошо, да?
- Помилуй, что нехорошо? Что жених приснился? Очень даже хорошо! – Вера Алексеевна обняла дочку за талию. - Тебе пора о женихах думать, шестнадцать уж минуло. Мы вместе поедем в Петербург и найдём твоего офицера. Мы не позволим ему удрать от нас! - по-девичьи звонко рассмеялась графиня Аносова.
- Маменька, правда? Как хорошо! А когда мы поедем? - счастливая улыбка осветила прелестное личико Сони.
- В начале сентября, доченька.
***
Граф Протасов, застав Анфису в гостиной в одиночестве, с рукоделием, предложил ей посидеть в беседке.
- Анфиса Григорьевна, я хочу написать Ваш портрет. У Вас интересное лицо. Вы согласитесь позировать мне?