— А если не послушаюсь и останусь? — бросая с неким вызовом и усмешкой.
— Тогда тебя поймает страшный зверь, — парень поднял брови и перешел на шепот, будто припугивает младшую сестренку, дабы та перестала таскать конфеты. — Спасать тебя не стану.
— У тебя силенок просто не хватит, так бы и сказал, — вставая с пола и отряхивая одежду.
Время близилось к девяти, вечерняя тьма уже успела целиком поглотить город, только благодаря фонарям и проезжающим машинам можно было нормально добраться до дома, иначе бы пришлось искать дорогу на ощупь. Мерелин быстро провела взглядом по деревьям за окном, темнота придавала ветвям и их теням человекоподобные образы, а это, в свою очередь, пугало. Стоило бы попросить собеседника все-таки проводить ее, но, опять же, гордость и дерзость строго запретили ей даже упоминать о его возможной помощи.Она подняла рядом валявшийся рюкзак и подошла к двери, ухмыльнувшись, кинула:
— До завтра, тупица.
Ответ последовал мгновенно:
— Покеда, сучка.
☾
— Какая прелесть, — игривый женский голос звонко раздавался в вечерней тишине.
Создание делает глубокий вдох, закрыв глаза, медленно выдыхает, испытывая явное наслаждение от происходящего. Она не спешит открывать глаза или делать что-либо вообще, стоит и наслаждается моментом. Осенний ветер не был рад гостье, он попытался оттолкнуть ее, выгнать прочь из леса, но не смог навредить больше, как поднять ее черные шелковые волосы в воздух и сразу же опустить их. Миледи явно одета не по сезону — на дворе стоит холодный сентябрьский вечер, сухая листва под ногами вместо живой зеленой растительности, теплые краски повсюду, но при этом ни одного намека на само тепло, скорее, прощание с ним, а она стоит в темном обтягивающем платье и каблуках, прикрывая плечи полупрозрачной черной шалью.
— Такая живописная местность… Давно я не выбиралась ради досуга, тем более со своим господином, — промурчало привлекательное создание, бросая кошачий взгляд куда-то назад.
Плечо к плечу, к ней подошел мужчина, смотря ровно вперед и не обращая ровно никакого внимания на свою приятную спутницу, также явно не желая поддерживать или начинать какой-либо диалог. Исключительная внешность — темные волнистые волосы до подбородка, загорелая кожа, прямой нос и сухие губы, голубые острые глаза, цвет которых плавно перетекал в синий, природная аномалия, наверное. Высокий и статный «господин» возраста состоявшегося мужчины, под тридцать-тридцать пять лет, широкие плечи и крепкая фигура, таких принято называть «папочками» — все хотят найти себе такого, но, кажется, их вовсе не существует в природе. Одет он был более, сказать, «земнее» — отблескивающая черная обувь, передающая солидность и причастность к преступной группировке, лидерству в ней, черные брюки и идеально выглажено и сидящая рубашка, сверху открытый черный плащ, только не кожаный, о нет.
— Это не досуг, Анна, — грубо кинул низкий голос, он даже не посмотрел на нее. Последовал шаг вглубь леса — в ту сторону, которая ведет к выходу в город. — Заберем ангела и обратно. Андасар умеет въедаться в разум своими бестолковыми идеями.
— Но вы же прислушались к одной из них, — и вот, мы здесь, — она попыталась заглянуть ему в глаза, попутно догоняя, но не смогла достичь желаемого.
Он тяжело выдохнул и наконец посмотрел на нее гнетущим взглядом, затем поднес правую ладонь к сердцу и… Раздался щелчок.
Демон и его спутница оказались на одной из освещенных улиц города в мгновенье ока. Ему, видимо, и вправду не терпелось покончить со всем этим занятием и вернуться туда, откуда он пришел:
— Зачем я только взял тебя? — окинув мрачным взглядом с вертикальным зрачком, — и оденься более подходяще для грешной земли. Если не хочешь сдохнуть, — здесь он ухмыльнулся, — было бы так жалко потерять тебя, суккуб.
✴
Уставая от вечернего мороза и безрезультатной ходьбы, как казалось созданию, она обнимала себя и тряслась, окидывая проезжающие машины грустными глазами. Они шли не так долго, но Анне это уже казалось вечностью, хотя она была и есть старшей — сильнейшим суккубом из подчиненных ее «господина». Судя по желтому освещению янтарных лампочек, которые тянулись от фонаря до фонаря, выбритому, как голова солдата, газону и белым лавочкам вдоль дороги, они шли по парку, но куда они шли — было известно только одному демону. Этот факт явно удручал суккуба, но жалеть ее кроме ее самой никто не намеревался. Никто также не привлекал внимание на первый взгляд обычной парочки — если Анна кратко оглядывала на прохожих, а с некоторыми и вовсе встречалась глазами, хоть немного запоминала их, то нечистый идет так, будто он один сейчас в этом городе.