☾
Мерелин который час попусту теряла время. К пяти часам вечера, она лежит на кровати, мнёт пальцами ушко плюшевой пони и смотрит в потолок, рассуждая о побеге. И демоне. Ситуация обострилась конкретно с сегодняшнего утра. Поверить восставшему в том, что он не трогал ее и все то, что произошло с малышкой утром — всего лишь сон, нет, это невозможно. Проблема вовсе не в том, мол, смотри как я пошутил, поиздевался над тобой, да ещё и вывернул все так, будто это твой больной разум, а не мои нахальные действия, нет-нет, все куда хуже. Давайте зайдём издалека.
Нередко происходит такое, что мужчины насилуют не только женщин, но и других мужчин. И причина столь неприятных происшествий не в том, что ты неожиданно открыл свою гомосексуальность или партнёр оказался настолько соблазнительным, что никак вот нельзя сдержаться, дело в другом — это проявление власти. Избить человека, издеваться над ним, ранить его физически — такое может совершить каждый. Но унизить, нанести психологическую травму — с этим надо постараться. Человек, если его можно так назвать, просто не знает, как поставить себя выше и начинает использовать любые аморальные способы для достижения своей цели. И изнасилование есть один из способов.
Демон — привлекательный мужчина. Красивая по современным стандартам внешность — волнистые волосы, голубые глаза, прямой нос, острый подбородок, широкие плечи, высокий рост, приятный хриплый голос, грозная властная аура. При желании он мог взять любую. У него приятная внешняя оболочка, этот факт Мер признала. Но внутри — все давно сгнило. Эгоистичный, грубый, наглый и упёртый старый пень, который не видит никого кроме себя и не слышит никого кроме себя. Сам себя бы трахнул, была бы у него такая возможность.
Судя по всем его высказываниям относительно малышки, та прекрасно осознавала, что не привлекает демона в физическом плане. Но. Его высказывания и угрозы не ставят его выше в ее глазах. Поэтому, может нехотя, может специально, он мог воспользоваться любым, повторяю, любым аморальным способом показать свою власть над ангелом.
Мерелин совершенно этого не хотела, как и любой другой адекватный человек. Ей уже встречалось это чувство, когда один пьяный одноклассник приклеился к ней, пытался потрогать за все что нельзя и в итоге чудом отстал, когда услышал зов друга о том, что приехало новое пойло. Мерзкое липкое чувство, когда адски не хочется прикосновений, абсолютно никаких. Хочется мыться в душе до крови и опухших от слез глаз. И это только от приставаний пьяного парня, страшно представить, что происходит с психикой девушки после…
Она отвернулась к стене, рассматривая стеклянный рабочий стол, на котором покоилась стопка книг. В одной, та, что была примерно посередине, с ветхим зелёным переплётом, украшенным золотыми извилистыми линиями, на странице сто тридцать семь покоился лист с планом побега, временем и списком необходимых вещей, из которого большинство пунктов было вычеркнуто, оставалось лишь два — придумать, в какой одежде уходить, и оружие, которое нужно было украсть. Точнее позаимствовать на неопределённый промежуток времени.
Ангел решил — нужно потерпеть около трёх-четырёх дней, пока вся эта история с бессмертным не уляжется, затем пробраться к нему в кабинет и забрать какой-либо кинжал. А сейчас нужно встать с кровати и пойти к Дарье, с предлогом помочь приготовить ужин выяснить, не собирается ли куда демон, чтобы не запалил малышку в своей любимой комнате, затем принять ванну и посмотреть несколько мультфильмов. Психологически поддержит. Проверенный метод. Начнём?
✴
Конечно же, завершились все деяния, начиная от помощи по хозяйству суккубу заканчивая ночными киносеансами к полуночи, ну, и часом бессонницы вдобавок. А почему нет? Молодость, она такая — теряется в бессонных ночах и бессмысленных занятиях. Ночь медленным шагом шла к середине, трем часам, в здании все окончательно утихло — даже редкого стука каблуков какой-нибудь из суккубов уже не услышать. Хотя Мерелин отчаянно надеялась. Помимо беспричинных звуков по типу скрипа, неразборчивого, кажется, шепота или пения, шуршания, будто кто-то ходил по дому прижимаясь одним плечом к стене, тем самым трясь об нее и создавая ворчливый шум. Стоило привстать и прислушаться — не показалось ли — как все снова затихало и здание заполнялось лишь мертвой тишиной. Постепенно сводило с ума.