Мерелин увела глаза в сторону, прикусив щеку — на секунду кто-то показался ей симпатичным [неосознанно] в этих местах, как его внутренний мир оказался знакомо-прогнившим, и ничего не оставалась сделать, как только покинуть вождя стаи:
— Спасибо за мнение, в котором я не нуждаюсь. Это моё решение, мне за него и отвечать, — выдохнула, так и не одарив прощальным взглядом незнакомца. — Мы можем идти, зная, что вы не нападете на нас со спины?
— Лично у меня нет возражений, — на этих словах Мерелин вскинула бровями и начала разворачиваться, как низкий голос вновь играючи запел, — но, ангел, ответь на вопрос, куда приведёт вас выбранный путь?
Воительница не думала удовлетворять любопытство неугомонного собеседника всё новыми ответами на его новые нескончаемые вопросы и рассуждения, она знала, куда нацелен ее путь, знала, что за существо ее защитник, тратить слюну и время на каждого встречного безумца, нечистого, — просто того не стоит. Может, за девушкой давно мчится погоня, у вождя нет права допрашивать Мерелин, значит, покинуть его самый что ни на есть выгодный вариант.
— Ангел? — слабо окликнул, не помогло, давай другую тактику, — если твой «соратник» доведет тебя до выхода, не убив, сможешь ли ты покинуть мой мир? Не разорвет ли нежную кожу поток магии здешних созданий? Откуда уверенность, что ты попадешь на порог родного дома, а не на стол к бессмертному подонку? — демон зашипел змеей в ухмылке, когда малышка замерла, наконец, внимая ему.
Напуганный голос внутри пульсировал два приказа — «не верь» и «уходи», но она как обреченная застыла, будто ноги ее обратились камнем, с стеклянными глазами слушая отчаянный крик истерзанного сознания, а в промежутках — низкий голос, который гипнозом вводил смертную глубже в оцепенение:
— Развернись. Сейчас, — машинально, наказ был выполнен, — умница. Не забудь ответить отцу.
Она тихо прошептала: «кто не рискует, тот не пьёт шампанского», на что демон, невинная не заметила, усмехнулся который раз.
— Нибрас был в не себя от радости, стоило вам проявить характер, не так ли? — Мер сверкнула глазами, что повествующий моментально уловил, — ох, я задел вас? Вы не знали имени покинутого демона? Или… Его предпочтений, — окончание фразы сопровождалось садисткой улыбкой.
Девушка засомневалась, ставя их диалог на паузу; сейчас малышка не уверена, что тот, кто завел с ней милую беседу, существует в реальности — что это не галлюцинация разума от пережитого стресса и ритмичной физической боли. Слишком много нечистый знает о оставленном хозяине, слишком ловко давит на точки, заставляя ангела каменеть от слов. Не любовником ли он ему приходится? Не миражом ли для Мерелин? Словно был наблюдателем в прошлую ночь и запомнил каждый новорожденный порез на теле девушки, чтобы позже забраться туда клыками и раздробить раны до крови. Он прекрасно знал свою задачу и шёл к ее выполнению уверенно и неторопливо, определенно осознавая, что все его уловки сработают:
— Не врите себе: вам бы хотелось иметь умение защитить себя в этом мире. Мочь. Противостоять. Хотя бы… Достойно отомстить? К сожалению, я не предоставлю вам этой возможности, — смертная прыснула, — пока сделка не будет заключена, — значит всё-таки реален, ублюдок.
— Тогда подавитесь ей, я не продам свою душу!
Вожак быстро закрыл глаза и дернул подбородком, словно услышал наиглупейшую вещь, которую только человек способен произнести.
— Сделка на вашу жизнь, милый ангел, — собеседник начал аккуратно обходить Мерелин и мотылька, который в свою очередь отдал все внимание на говорящего. — Видите ли, эволюция человека только стремится к уровню, которым владеем мы. Вы пока не способны ощущать и половину того, что чувствуют создания нашего мира. Объясню на своём примере для лучшего понимания, — демон улыбнулся, но малышка потеряла его из поля зрения, он за спиной мотылька. Благодаря созданию, которое недовольно рычало на каждый шаг собеседника, она знала, что проклятый перемещается. — От вас на несколько километров разит кровью. Болью, страхом, страданием. Ангел, ты ведешь себя решительно, но сейчас совсем не готова к сопротивлению. — Незнакомец выскользнул справа, проходя вперед, чтобы быть ровно напротив девушки. Остановился он уже в двух метрах от нее, все также сладко улыбаясь и не сводя лукавого взгляда красных глаз.