От данных размышлений ее отвлек глухой хлопок, словно кто-то под ее окном стукнул по барабану, как выяснилось минутой позже — стучали не единожды, ангел среагировал — она подбежала к окну, попутно чуть не запутавшись в занавесках, осматривая территорию здания; вблизи ничего не происходило кроме порывов и завывания ветра, но вдали, примерно метрах в пятистах будто бы была битва световыми мечами и бомбочками, огромные клубы дыма, высокий огонь местами, непонятные выкрики и хлопки, напоминает концерт рок-группы, только музыка не играет. Мерелин старалась узнать или хотя бы увидеть кого-либо рядом с местом действий, но кроме силуэтов и стволов деревьев рассмотреть что-либо оказалось нереальным. В голове вспомнился мотылек — малышка не знала, может, он существо из стаи и вот, ее представители пришли защитить и забрать их члена или же наоборот, наказать за длительное отсутствие. Иная догадка заставила ангела помрачнеть: вероятно, другая группа нечистых обнаружила присутствие будущего воителя и теперь борется за власть над ней, как за собственность.
От такой мысли девушка сглотнула и нахмурилась, попытавшись опустить взгляд и прекратить наблюдать за неладным событием вдали, хватает ее ненадолго — малышка снова прищуривается, но результата так и не получает. Если это что-то серьезное, ее бы наверняка увели, элементарно — предупредили об незваных гостях, а если бы продали, целясь избавиться от нелегкой ответственности и прибывающих охотников на смертную, то сражаться и устраивать шоу — совсем безрассудно и невыгодно.
Хм, похоже, вот и само предупреждение.
Милица изредка входила в комнату ангела громко и стуча — малышка не занималась в спальне чем-либо незаконным или откровенным, а если ей требовалось переодеться или просто уединиться, то замок на двери беспроблемно делал свою работу. Сейчас то же самое — демонесса бесшумно зашла внутрь, аккуратно, но до конца закрыв дверь, остановилась в трех метрах от Мер, видимо, посчитала что та задумалась и не пожелала отвлекать ее от размышлений. Мерелин сама разрушила это представление, не отрываясь от вида за окном:
— Слушай, Милица, у клана сегодня праздник или традиция? Салюты, вспышки, — полушепотом проговаривает и хмурится, мило, мило, — минут десять смотрю и понять не могу, веселятся они или борются?
Она не ответила, шагнула вперед. Раздался тяжелый выдох, даже слишком для нечистой, будто у нее в руке торчал кинжал несколько лет, и вот его вытащили — долгожданное освобождение.
Мерелин повернула голову, видя, что темная фигура здесь, а объяснять что-либо не планирует. Может, она почувствовала что у малышки пошла кровь, опять испугалась рассыпаться от ее волшебного воздействия?
— Милица?
Ха, смертная только повернулась и оцепенела.
Это он. Проклятый хозяин. Стоит в точно той же одежде, с точно таким же безразлично-раздраженным лицом. Ангел быстро вернула дыхание и усмехнулась, махнув рукой:
— Та не, мерещится спросонья, — подмигнула, вернувшись к окну.
Ангел радостно качнул головой, подмечая, что звуков ее галлюцинация не производит, а значит, и в действительности вреда не принесет.
— Лжешь без исключений, — кажется, насчет звуковых сигналов девушка чутка ошиблась, — малышка Мер. — Та немного подтянулась, сжав челюсть, сжавшись телом, — я соскучился.
Нечистый прошептал в районе макушки; смертная мгновенно повернулась к нему, упав локтями на подоконник, видя над собой знакомого, буквально говоря, до боли существа. Он слабо улыбается, всматриваясь в напуганное лицо, столь бледное от ужаса, что можно увидеть капилляры, если внимательно приглядеться.
Прежде чем она сумела бы выдавить из себя вздох, слово или попытку отпихнуть его, прежний попечитель вцепляется в нее руками, малышка зажмурилась, очнувшись в другом месте — напротив кровати, слыша громкую возню вблизи. Девушка не сразу приняла происходящее — она не заметила демона, что находится позади и придерживает ее, наблюдая за тем же, что и смертная — та тетенька, «госпожа», от которой требовалось устное дозволение на путевку домой, женщина стоит около окна с воткнутым в стекло кинжалом, отчего материал дает скрипящие трещины и шершавый шум, как от острых когтей. Она с силой вырвала клинок, отчего большая часть стекла полетела на пол — сама демонесса смотрела на нечистого, видя в нем не опасность и угрозу для ангела, а хищника, который отобрал у нее почти пойманную добычу.
— Да как ты смеешь, она принадлежит клану! — госпожа бросила на защитника, но хитрец одним взмахом впечатал ее в противоположную стену, отчего проявился след.