— Ещё бы, — улыбнулся Милодар. — Хорошо получилась. Скульптор оказался поистине гениальным мастером. Так что у ног моей статуи скопилась приличная сумма. И щедрые торговцы получают от меня благословение в своих делах.
— На добро принято отвечать добром, — сказал я, заставив удивиться бога.
— Всё-таки догадался? — широко улыбнулся Милодар.
— Сложно представить, как иначе в город бы хлынуло столько торговцев из самых разных мест, — ответил я. — Разве что один весьма умелый бог направит их сюда тем или иным способом.
— Из тебя получится отличный торговец, если ты больше будешь уделять времени именно этой стезе, забыв на какое время о боях. А я воспользовался лишь слухами. Слухи могут сделать очень многое, надо только их запустить. И подобно крошечному камню, порождающему на гладкой поверхности озера волны, они распространяются во все стороны на огромной скорости, обрастая всё новыми и новыми подробностями. Я рад был с тобой поговорить, Алексей, но сейчас меня ждут дела, — сказал торговец и, махнув рукой, принялся торговаться за очередной товар. Причём Милодара не так уж сильно интересовал товар или золото, для него куда важнее была сама торговля.
Прина и Гвинавра готовились к завтрашнему ритуалу. Алина занималась магией вместе с Мелли и Арднором, который тоже стал заметно лучше выглядеть рядом с Мелли. Все были заняты, так что я переместился к дракону, который сидел на крыше дворца, расправив крылья.
— Греешься на солнышке? — спросил я у дракоши, который при дневном свете был особенно красив.
Я погладил его, проведя рукой по шее. Гладкая и мягкая чешуя аэрокрона отличалась от большинства других видов этих необычных существ. Меглионор собирал энергию, попутно повышая температуру своего тела. Но зачем? Хм… похоже так он запускал цепочку каких-то химических реакций, которые мог контролировать подобным образом. Возможно, это часть его метаболизма, а может он просто радовался яркому солнцу. Так что пришлось мне оставить и дракона, вернувшись обратно в свои покои, где до сих пор мирно сопела Сель. Впрочем, стоило мне лечь в кровать и обнять её, как на меня вновь посмотрели очаровательные бирюзовые глаза.
— Хорошо у нас в городе? — спросила она, прижимаясь ко мне.
— Тихо и спокойно, все заняты своими делами, люди счастливы, — ответил я. — Вряд ли можно желать большего. Разве чтобы у нас всё было также хорошо.
Рядом с Касель время пролетело столь быстро, что я и не успел понять, как наступил следующий день. Мы собрались вместе с ней и направились в лабораторию, где уже ждали богини и вовсю колдовал Вильгерд.
— Арцуна, выпей вот этот эликсир, — Гинерт передал в руки девушки красивый флакон с тёмно-фиолетовой жидкостью. — Это связующий экстракт, который должен помочь в закреплении души за счёт увеличения духовной энергии.
— Арцуна, ты себя хорошо чувствуешь? — спросил Вильгерд.
— Не волнуйся, Вильгерд, с телом Акадии всё в порядке, так что она полностью здорова, — ответила девушка, попутно выпив эликсир. — Ух, какой он вкусный, правда, даже не знаю, что это за ягоды такие ты добавил, — с улыбкой обратилась она к Гинерту.
— Боюсь, что в отличие от предыдущих, у связующего экстракта будет свой вкус для каждого человека, так что я и представить не могу, каким именно он тебе показался. К примеру, для меня он в меру кислый, как немного недозревшее яблоко, бодрит и заставляет сощуриться. А вот Алирре он казался мёдом с запахом белых роз, которые росли около нашего дома.
— Вот только меня интересует не состояние тела, а именно твоё, — пояснил Вильгерд, дождавшись, пока Гинерт закончит пояснение.
— В таком случае я немного волнуюсь, — искренне ответила девушка, стараясь скрыть своё удивление и радость, что за неё кто-то переживает.
— Арцуна, ложись на стол, — сказала вошедшая в комнату Нарилна.
Чуть позже подошла Сильверия и остальные. Сейчас в лаборатории собрались все самые близкие, которые волновались за Акадию. Душа артефакта смогла найти общий язык со всеми, и это несмотря на свою язвительность.
— Арцуна, возьми в руку посох, — попросил главную тень Вильгерд, передав ей в руки Акадию, которую девушка сразу же прислонила к себе. — Как будешь готова покинуть тело, скажи. А дальше уже мы приступим к ритуалу.
— Тогда, я готова.
«Постой, ты точно уверена?» — спросила Акадия.
«Конечно, ведь я заняла твоё тело лишь на время, — ответила Арцуна. — Дия, я очень благодарна тебе за это, ведь без этого я бы не смогла познать то, что люди называют жизнью».
«Если что-то пойдёт не так, то я хочу, чтобы моё тело стало твоим», — добавила Акадия.
— Всё будет хорошо, — сказали одновременно я, Вильгерд и Арцуна.
— Что ж, приступаем, — вздохнул волшебник и принялся колдовать, попутно подав сигнал главной тени.
Из тела Акадии потянулись многочисленные струйки чёрного дыма, которые постепенно начали формировать темное тело Арцуны. В этот раз оно выглядело куда более детально, а может так казалось из-за того, что тень была не настолько чёрной, позволяя свету показать на себе куда больше деталей. Чёрная пыль формировала кости, мышцы, внутренние органы, очень похожие на человеческие. И в какой-то момент перед нами лежало два тела. Арцуна взяла Акадию за руку и пожелала ей удачи.
— Мы готовы, — к ритуалу подключились богини, начав формировать свои части заклинания.
— Я приступаю к изъятию души из посоха, — сказал Вильгерд, который сильно волновался, однако многолетний опыт взял верх над эмоциями, отодвинув их на задний план.
Чародей аккуратно ослаблял контур заклинания своего отца, которое удерживало душу матери в посохе. Он использовал несколько весьма необычных заклинаний, которые можно было сравнить с ключами. Если точнее, таких ключей было три, и они заняли свои места в сложном контуре привязки души. Спустя какое-то время контур вдруг замерцал и исчез, а руки Вильгерда охватил белый свет с лёгким золотистым свечением, которое поддерживали мои целительницы. В руках мага появилась душа Акадии, от которой веяло теплом и запахом грозы. Он аккуратно положил её в тело и начал планомерно закреплять душу связующими заклинаниями. Правда, в этот раз можно было заметить, что они работали, как магниты, видимо, из-за эликсира Гинерта. Хотя с Арком и Сель я такого не замечал. Прина и Гвинавра помогали чародею проделать эту непростую работу, а Сильверия поддерживала тело Акадии.
Я не замечал, как сильно волновался за Дию, так как очень хотел, чтобы всё вышло как надо. Волшебник устало вытер выступивший на лбу пот и продолжил колдовать.
— Осталось совсем немного, — сказал он, словно успокаивая себя.
Сердце билось всё сильнее, да ещё я ощущал тревогу остальных. Если что, я постараюсь удержать её душу. Я должен суметь опередить Смерть. А если нет, то я найду способ договориться с ней. В крайнем случае я воспользуюсь хранилищем нейтрала. Так я успокаивал себя, стараясь отбросить мысли, что Смерть не будет меня слушать или что опыта в хранилище может не хватить. Совесть и Логика обнимали меня с разных сторон, тоже переживая за Акадию, с которой за долгое время пребывания вместе успели подружиться. Ну ещё бы, они ведь целые совещания проводили в моей голове, хе-хе-хе. Эти мысли заставили улыбнуться, забрав с собой тревоги. Тем временем Вильгерд завершил заклинание, озарившее вслед за этим комнату яркой вспышкой золотого света. После которой ничего не произошло.
Арцуна сильнее сжала руку Акадии, Вильгерд склонился над ней, и я заметил, как сильно тряслись руки чародея. Богини также подошли поближе. Атмосфера накалялась, и я готов был сказать, что даже видел пару электрических разрядов, мелькнувших в воздухе. А потом заметил, как Акадия посмотрела на меня и легонько взяла за руку, не сумев убрать с себя посох. В этот момент эмоции заполнили всё вокруг. У нас получилось!