«Так. О’кей. Магия тут есть», - икнул внутренний голос, и по пустой голове от его слов понеслось гулкое эхо.
- Уважаемый, вы слышите? – озадаченно спросил один из них.
- Он, похоже, из отступников, - заметил второй. – Немой, волосы короткие…
Я продолжал молча хлопать глазами, осознавая, что на этот раз при переходе загрузилось дополнение в виде языкового патча. Это не был ни корейский, ни китайский, ни английский, ни тем более русский, но я отлично всё понимал.
Третий за их спинами развернул веер и принялся обмахиваться с видом блаженного и донельзя флегматичного божка.
- Посмотрите, ученики, как пряди аккуратно обрамляют его лицо и подчеркивают благородные черты, - произнес он как бы между прочим. – И обратите внимание на его прекрасную белую кожу. Её словно всю жизнь умывали молоком.
Да, спасибо. Спасибо, что вы не особо одаренные и не спутали меня с девушкой. Спасибо за субтильность и модную белизну следовало сказать и русскому отцу, а за корейские черты – красавице матери, происходящей из актерской династии. Мне еще и голос достался соответствующий: уникальный высокий контратенор, на высоких нотах уходящий в сочное женское сопрано. Собственно, из-за сочетания внешности и голоса в музыкальной среде рождались жуткие слухи о моем поле и ориентации. В конце концов, они меня так достали, что я плюнул на матушкины мечты о моей артистической карьере и с головой ушел в исследовательскую фармацевтику. До недавнего времени я всячески открещивался от прошлого айдола. Но практика показала, что ненужных навыков не бывает.
- Господин? – неуверенно предположил первый. – Но я не чувствую потоков…
Я наконец-то вышел из ступора и кашлянул, пока эти ребята не признали во мне какого-нибудь преступника. Все сразу же замолчали.
- Доброго дня, уважаемые, - слова на незнакомом языке вылетели легко, словно во сне. – Нет, я не знаю, что это за город. Я путешественник и впервые нахожусь в этих краях.
Я повел рукой - и троица внимательно уставилась на неё. Точнее, не на руку, а на кольцо. Лица у учеников вытянулись, а третий поспешно прикрылся веером.
- О, вам знакомо это кольцо? – насторожился я. – Я только что подобрал его на этом берегу и с радостью верну владельцу. Но, к сожалению, отчего-то не могу его снять…
Глаза у троицы округлились.
- Ученики, летите вперед и займите комнату в гостинице, - властно приказал мужчина с веером.
Один из них попытался было что-то сказать, но второй быстро пихнул его в бок, отчего тот едва не улетел в реку. Они поклонились учителю, мне и умчались так быстро, что даже воздух свистнул.
А их учитель остался.
- Вы позволите скромному мастеру прервать ваше уединение? – осведомился он.
На языке настойчиво завертелось ядовитое: «Да вы как бы уже!», но я прикусил язык. Одежды типа с веером были расшиты чем-то до ужаса похожим на золото, густые ухоженные волосы достигали копчика, а на правом мизинце красовался пятисантиметровый серебряный хучжи с драгоценными камнями – защитный футляр для отрастающего ногтя. Если даже опустить магические способности, человек по всем признакам выходил весьма большой шишкой. Скромный мастер, ага. С большими шишками я предпочитал не ссориться, тем более в другом мире, и, скопировав поклон учеников, опустил глаза вниз.
- Конечно, мастер. Чем моя недостойная персона может вам помочь? Вы желаете вернуть кольцо?
«Скромный мастер» взмахнул веером, сложил его со звонким стуком и ткнул им мне в руку.
- Где ты его взял? Оно тебе впору?
- Только что подобрал здесь, - повторил я очень вежливо. – Да, оно мне впору… Только отчего-то не снимается. Вы поможете мне его снять?
- Нет-нет. Если оно вам не велико и не жмет, оставьте, - торопливо ответил мастер, вновь распахнув веер и прикрыв им лицо. На меня смотрели только два любопытных лисьих глаза. – Признаться честно, когда-то это было моё кольцо, но я потерял его достаточно давно, чтобы больше не считать своим.
- Оно не снимается, - сдержанно напомнил я.
- Конечно не снимается! Оно выбрало хозяина и больше не покинет его, защищая всеми своими волшебными свойствами, - последовал ответ. – Носите с удовольствием, уважаемый. Не каждому выпадает честь быть избранным волшебным артефактом.
И почему создалось ощущение, что мне дурят голову? Да еще и взгляды эти странные…
Я призвал на помощь все свои актерские способности, чтобы сохранить невозмутимый вид, и поклонился со словами благодарности. «Скромный мастер» всё смотрел, отчего меня так и подмывало попросить что-нибудь вроде: «Ну лети уже, куда ты там летел!» Но с большими шишками так не разговаривают, поэтому я молчал и медитировал на реку.
Мастер тем временем сошел с меча на берег, пафосно взмахнул длиннющим рукавом, убрав меч в ножны, и возжелал продолжить знакомство: