Ингредиенты. Мысли о них метались в голове, выстраиваясь в навязчивый список: клей, серебреный порошок, камень, сумка. Мне срочно нужно было в Веленир. Теория без практики была бесполезна.
Я встал с дерева, отряхнул мантию и, почти не задумываясь, открыл портал, чтобы вернуться к поляне у замка. Но едва я шагнул в арку, меня окутал не звук тишины и спокойствия, а знакомый густой гомон, смешанный аромат пряностей, жареного мяса и человеческого пота. Я огляделся — и обомлел. Я стоял не у стен замка, а прямо на портальной площади Веленира.
Я сам удивился тому, что только что произошло. Подсознательно, с места, я открыл портал не туда, куда планировал, а туда, куда желал попасть всей душой в этот момент. Это открытие было одновременно потрясающим и пугающим. Значит, сила реагировала не только на чёткий образ, но и на сильное, сфокусированное желание. Это вдохновляло, но и напрягало невероятно. Чётче, надо чётче формулировать и визуализировать цель. А то как-нибудь ненароком окажешься на портальной площади Столицы с самыми неприятными последствиями.
Выдохнув, я смешался с толпой. Теперь у меня была конкретная задача. Я шёл по оживлённым улочкам, вчитываясь в вывески. Большинство были картинками — сапог над дверью, крендель, колесо. Но кое-где уже встречались и надписи. «Хлеб», «Мясо», «Оружие». Я читал их про себя, чувствуя странную гордость. Наконец, мои поиски увенчались успехом: вывеска с изображением реторты, свитка и пучка трав, а под ними — аккуратная надпись: «Магические ингредиенты и компоненты. Гелвина».
Лавка пахла сушёными травами, воском и ещё чем-то незнакомым. За прилавком стоял худощавый мужчина — сам мастер Гелвин. Я, стараясь говорить уверенно, изложил свой список: клей, серебряный порошок, и… небольшой драгоценный камень-накопитель, желательно рубин.
— Рубин размером с ноготь? — переспросил Гелвин, оценивающе глядя на мою мантию. — Это вам не медяк. Тридцать оболов только за камень. Весь комплект… выйдет тридцать восемь.
Хорошее настроение от удачного «прыжка» и азарт предстоящего дела сделали меня смелее.
— Тридцать восемь? За горсть пыли и камушек? — я сделал вид, что разворачиваюсь к выходу. — Думаю, на Рыночной улице будет дешевле. И качественней.
— Погодите, погодите, молодой мастер! — засуетился Гелвин. — Тридцать шесть! Последняя цена. Камень отменный, без трещин, из личной коллекции.
Торг, как игра, удался. Я отсчитал тридцать шесть оболов, получил аккуратно завёрнутые в пергамент баночку с клеем, мешочек с порошком и бумажный конвертик с рубином. Следующей целью была лавка кожевенника. Вывеска была без слов, просто висящая шкура. Внутри я выбрал самую добротную, мягкую, но прочную сумку из тёмной кожи, с широкой лямкой. Ещё два обола. С огорчением обнаружив, что после покупок в моём кошельке осталось всего лишь три монеты. Кстати, а как должен проводиться расчёт с бароном? Этот вопрос повис в шуме улицы.
Возвращаясь на портальную площадь, я с удивлением обнаружил, что наш торговый караван уже не разрозненная толпа, а почти собранная колонна. Телеги стояли в ряд, люди, уже без прежней суеты, дожидались у своих пожитков. Только сейчас до меня дошло, сколько времени я потратил на свои покупки. Солнце уже миновало зенит.
Я подошёл к Юргену, который с видом полководца обозревал свои войска.
— Готовы? — спросил я.
— Как всегда, мастер! Ждали только вас! — бодро отрапортовал он, и я поймал на себе несколько десятков нетерпеливых взглядов.
Что ж, заставлять ждать дальше было невежливо. Я отошёл на необходимое расстояние, сконцентрировался на образе поляны у замка и открыл портал. На этот раз я не стал наблюдать. Просто отступил, пропуская шумный поток телег, тюков и людей обратно в их мир. И, когда последняя телега скрылась в переливах, шагнул в арку сам, став замыкающим каравана.
Оказавшись у знакомых стен, я, не задерживаясь, почти бегом поспешил в свою комнату. Внезапно навалившаяся усталость и дикий голод напоминали о себе. Я с беспокойством думал о том, что обед, который должна была принести добрая женщина, наверняка уже остыл. Придётся есть холодное. Но даже эта мысль не могла омрачить чувства глубокого удовлетворения: день был прожит не зря.
Ах, как же я ошибался! Обед был с пылу, с жару. Умопомрачительно вкусный, наваристый суп с крупными кусками мяса и овощей и ломоть только что испечённого, хрустящего хлеба стали для меня настоящей наградой за насыщенное и, главное, активное утро. Я съел всё с волчьим аппетитом и запил напитком, очень похожим на сладкий компот из сухофруктов.