Третий, обезглавленный, лежал в самой неестественной позе. Я зажмурился на секунду, стиснул зубы и сделал это. Обыскал его, водя руками по холодеющей, липкой от крови одежде. Нашёл один увесистый кошелёк и небольшой кинжал в сапоге, который я поначалу упустил. Кинжал тоже был хорош — с костяной рукоятью.
Закончив, я отшатнулся, почувствовав, как по спине пробежали мурашки. Руки были в крови. Я вытер их о траву. Отвращение вернулось, ещё сильнее. Но в кармане мантии лежали три кошелька, обещавшие практическую пользу, и это давало какое-то горькое, циничное оправдание.
Глава 9
9
Не в прошлой жизни, не в этой — я не прикасался к лошадям. Не было нужды, не было интереса. Теперь же, осознавая ценность этих живых транспортных единиц, понимал: оставить их здесь — сущее расточительство. Глупость.
Поэтому, преодолевая внутреннюю робость, я медленно подошёл к первой лошади — той, что осталась без хозяина. Она смотрела на меня большими, тёмными глазами, в которых читалось смятение, но не агрессия. Я опасался, готовый в любой момент отпрыгнуть через портал, аккуратно взял за уздечку. Бережно, очень медленно потянул за собой. И — надо же! — у меня получилось. Лошадка, фыркнув, тихонечко двинулась вслед за мной, покорно ступая по примятой траве.
Ободрённый успехом, открыл портал среднего размера — на всякий случай, прямо к тому месту, где лежал сражённый арбалетом наёмник. Его конь стоял неподалёку, опустив голову. Я осторожно подвёл свою первую лошадь к порталу. Она насторожила уши, но, почуяв, видимо, что я не представляю угрозы, послушно прошла сквозь него вслед за мной. Я отпустил уздечку, она осталась всё в том же поле, но уже ближе к дороге.
Затем подошёл ко второму коню. Так же аккуратно, легонько подхватил уздечку и подвёл к первой лошади. Они, кажется, узнали друг друга, успокоились.
Все три шпаги зажал под мышкой правой руки, арбалет закинул за спину, а в левую взял обе уздечки. Картина, должно быть, была странной: маг-портальщик, увешанный оружием, как ёлка, и ведущий за собой двух лошадей, как заправский конюх. Открыл портал, тоже среднего размера — мало ли, вдруг что-то спровоцирует панику, лошадки взбрыкнут и покалечатся. Кстати, первую лошадь, обезглавленную, было очень жалко. Я не специально… но так вышло.
Удивительно, но лошадки шли за мной покорно, спокойно, лишь изредка потряхивая гривами. Их послушание придавало мне уверенности.
Мы вышли из портала прямо перед главными воротами замка. Явление портальщика в синей мантии, с оружием и ведущего двух чужих коней, явно не входило в планы стражи. Их взгляды, удивлённые и вопрошающие, буквально впились в меня. Я лишь пожал плечами, выдав нечто вроде: «Трофеи», — и прошёл дальше, во внутренний двор, стараясь выглядеть как можно более буднично.
И тут я заметил знакомую фигуру. Слуга барона, Ганс, шёл мне навстречу, и выражение его обычно бесстрастного лица было ничуть не менее изумлённым, чем у стражников.
— Уважаемый мастер Андрей, — начал он вежливо, но с явным недоумением, — что произошло? И откуда эти кони?
Я вздохнул, понимая, что без объяснений не обойтись.
— Можете представить, во время моей прогулки на меня напала троица всадников. Так случилось, что мне удалось с ними справиться. А это, — я указал взглядом на подмышку со шпагами и повернулся к лошадям, — боевые трофеи.
Ганс секунду молчал, его взгляд скользнул по оружию, по лошадям, потом вернулся ко мне.
— Понятно, — задумчиво протянул он. — Пожалуй, о нападении необходимо немедленно сообщить господину барону. Мастер Андрей, пожалуйста, оставьте свои… боевые трофеи здесь. Не беспокойтесь, за ними присмотрят. А мы с вами пройдём и доложим.
По сути, доклад «вышестоящему начальнику» был, в моём понимании, обязателен. Барону действительно нужно было сообщить о враждебных действиях на его землях. Поэтому я ни капельки не возражал и проследовал за Гансом.
И снова — та самая резная дверь. Ганс постучал, толкнул её и услужливо пропустил меня внутрь.