Я поднялся со стула, сложил оба «Камня Возвращения» в бездонный карман мантии. Затем разложил на столе четыре вчерашние сумки, аккуратно скрутил их в плотный рулон, чтобы было удобнее нести, сунул подмышку и вышел из комнаты.
Мои шаги по каменным коридорам отдавались эхом. Поднявшись по узкой винтовой лестнице, я подошёл к знакомой резной дубовой двери. Постучал тихонько.
— Войдите.
Глава 15
15
Я толкнул дверь. Барон сидел за своим массивным столом, разбирая какие-то бумаги, но, увидев меня, отложил их. На его лице появилась доброжелательная, почти отеческая улыбка.
— Андрей, я рад тебя видеть. С чем пришёл?
— Добрый день, господин барон. Вот.
Я подошёл к столу и положил рулончик сумок. Рулон, разворачиваясь, с тихим шуршанием сам распрямился в аккуратную стопку из четырёх изделий. Затем достал из кармана камни и положил их рядом.
— Четыре пространственные сумки. И два «Камня Возвращения».
— Очень хорошо, мастер, — произнёс барон.
Он взял в руки первую сумку. Его осмотр не был поверхностным. Он ощупал кожу на предмет толщины и выделки, провёл подушечкой большого пальца по каждой серебряной линии, проверяя гладкость и отсутствие смазанных участков. Задержался на пришитом гранате, потрогал его, будто оценивая крепость нити и посадку камня. Точно так же он осмотрел все четыре сумки, откладывая каждую с одобрительным кивком.
Затем он взялся за «Камни». Это было ещё тщательнее. Он поднёс половинки к свету от окна, рассматривая качество полировки и чёткость нанесённой вязи. Потом соединил их, проверив, насколько плотно и ровно они прилегают друг к другу. Его лицо было сосредоточенным, почти суровым, и одновременно довольным качеством работы.
— Очень хорошо… — повторил он на этот раз как бы сам для себя, глядя на артефакты.
Наконец, он посмотрел на меня. Его взгляд стал деловым.
— Так, Андрей. Как мы договаривались: по золотой кроне за сумку и две кроны за «Камень». Итого: четыре кроны за сумки и четыре — за камни. Всего восемь.
Он открыл ящик стола, достал оттуда восемь золотых монет, выстроил их в блестящий столбик и лёгким движением пододвинул его ко мне.
— Что-то ещё, мастер Андрей? — Его слова прозвучали не как вопрос, а как тонкий, вежливый намёк. Намёк на занятость и на то, что деловая часть аудиенции завершена.
— Это всё, господин барон, — я кивнул, подхватил со стола монеты, сунул их в карман. — Благодарю вас.
— Удачи в трудах.
Я вышел из кабинета, чувствуя приятную тяжесть успешной сделки в кармане.
Подходя к двери своей комнаты, я заметил ожидавшую меня Милану. Она стояла, улыбаясь, и что-то мило, с лёгким смущением, обсуждала с дежурным стражником. Увидев меня, она сразу же оживилась.
— Мастер! Я принесла вам обед.
— Я очень рад, спасибо большое.
Мы вошли в комнату почти вдвоём — вернее, сначала я, а следом за мной служанка, которая сразу же приступила к делу. Она быстро и ловко накрыла на стол. На обед сегодня был сырный суп — густой, кремовый, с аппетитным золотистым оттенком. В нём плавали ароматные кусочки копчёной колбаски. К супу — несколько ломтиков ржаного хлеба с хрустящей корочкой.
Я съел всё с огромным удовольствием, чувствуя, как силы возвращаются. Закончив с обедом и поблагодарив Милану, я покинул комнату, направляясь на портальную поляну. За мной, как тень, двинулся стражник. Пройдя главные ворота, к нему присоединились ещё четверо. Так, в сопровождении пяти стражников, я вышел на поляну.
Я остановился на привычном месте, потянул пучок силовых нитей и открыл средний, стабильный портал. Один из стражников, не дожидаясь, тут же шагнул в арку. Я отошёл в сторону, уверенно контролируя портал.
Вскоре из портала начал выходить возвращающийся караван. Настроение у людей было заметно приподнятым. Телеги шли не так туго нагруженные товаром, но зато у многих на лицах играли улыбки, а в руках виднелись новые покупки: яркие отрезы ткани, глиняные игрушки для детей, добротные инструменты. Слышались обрывки разговоров об удачных сделках, о выгодной цене на шерсть или о том, как удалось сторговать медный котелок.