Предвкушение сладкой, творческой работы наполняло меня. Я разложил на столе сокровища: четыре заготовки для «Камней возвращения» в мешочках. Сумки пока отложил в сторону. Первым делом — самое дорогое.
Приступил к созданию первого «Камня Возвращения». Процесс уже был отработан: капля клея, тончайшее соединение половинок, лихорадочное, но точное начертание вязи под тиканье воображаемых часов, разделение лезвием кинжала, очистка срезов. Затем — насыщение силой: сначала одна половинка, потом другая. Готово. Первый артефакт лёг на стол.
Сразу взялся за второй. Руки помнили последовательность, но концентрации требовалось не меньше. Закончив, я почувствовал лёгкую, приятную усталость в пальцах и лёгкое напряжение в спине от долгой неподвижности. Встал, сделал небольшую разминку: потянулся, покрутил шеей, размял кисти.
В дверь постучали. Вошла Лиана с тяжёлым медным подсвечником, на котором горели три свечи. Вечер сгущался за окном, и её появление было, как всегда, своевременным.
— Простите, мастер, подумала, вам свет потребуется, — тихо сказала она.
— Спасибо, Лиана, — искренне поблагодарил я. — Вы, как всегда, вовремя. Просто волшебница.
Она застенчиво улыбнулась и вышла, оставив меня в круге тёплого, живого света. Под этим светом я и принялся за третий камень. Линии магической вязи ложились ещё увереннее. Я отметил про себя явный прогресс: на первый такой артефакт у меня ушёл почти весь день и куча нервов. Теперь я делал их практически один за другим, и, как мне кажется, качество только росло.
Когда третий «Камень» был готов, заряжен и отложен, я ощутил глубокое удовлетворение. Дело рук моих. И дело, приносящее очень хорошие деньги.
Я аккуратно сложил все три пары половинок в свой бездонный карман — они исчезли в его нутре, не добавив ни грамма веса. Затем собрал и свернул в аккуратный рулон девять готовых пространственных сумок — вчерашние и изготовленные до обеда. Время для визита к барону. С рулоном под мышкой я вышел из комнаты и направился по знакомым коридорам к кабинету барона, мысленно уже готовя условия сделки: «Господин барон, часть суммы, пожалуйста, серебром…»
Дошёл до рабочего кабинета барона, постучал в знакомую дверь и после прозвучавшего «Войдите» вошёл внутрь.
— Добрый вечер, господин барон.
— Добрый вечер, мастер Андрей, — барон отложил перо, его взгляд скользнул по рулончику под моей мышкой, и на его губах появилась лёгкая, понимающая улыбка. — Цель визита, полагаю, очевидна?
Я кивнул, подошёл к столу и положил скрученные сумки. На этот раз я сам аккуратно расправил их, чтобы барон сразу видел все изделия. Затем, не торопясь, достал из своего бездонного кармана все три «Камня Возвращения» и выложил их рядом с кожаными сумками на полированную столешницу.
— Присаживайся, — предложил барон, жестом указав на кресло.
Я сел, наблюдая, как он приступает к осмотру. На этот раз его проверка была не столь скрупулёзной, как в первый раз. Он взял каждую сумку, ощупал швы, провёл пальцем по серебряной вязи, кивнул и отложил в сторону. Затем взялся за «Камни». Он соединил половинки, проверив плотность прилегания, внимательно, но без пристрастия рассмотрел начертанные символы. Удовлетворённо отложил их поверх стопки сумок.
— Хорошая работа, Андрей. Качество стабильное. И, что важнее, на производимые тобой артефакты уже есть устойчивый спрос. Это говорит о многом.
Он открыл ящик стола и начал отсчитывать монеты. В этот момент я, как и планировал, вежливо вмешался:
— Господин барон, будьте добры, рассчитайте меня с учётом серебра. Мне необходимо десять сиклей и… сто оболов.
Барон на секунду задержался, его взгляд стал чуть более оценивающим, но затем он с лёгкой, одобрительной улыбкой кивнул.
— Конечно. Это разумно.
В его мыслях промелькнуло явное удовлетворение: рассчитываться серебром с мастером ему было куда выгоднее, чем золотом. Он продолжил раскладывать монеты на столе.
— Итак… девять сумок — девять крон. Три камня — шесть крон. Итого — двенадцать. Но, как ты просил…
Он выставил на стол десять золотых монет, затем десять серебряных сиклей и небольшой, туго набитый мешочек, который звякнул характерно для сотни мелких монет. А рядом, отдельным маленьким столбиком, положил ещё четырнадцать оболов. Взглянул на меня и добавил ещё четырнадцать.