Катя запустила руку в прореху и к своему удивлению выудила оттуда блокнот.
Матрас опять съехал в сторону, но Катя уже не обращала на него внимания, целиком поглощённая своей неожиданной находкой. А уж когда, раскрыв блокнот, увидела, что писала его та самая Алиса, так и вовсе забыла обо всём. Даже плакать перестала.
Опомнилась, только когда увидела Эрика.
– Как думаешь, это ужасно, что я прочитала чужой дневник? Ну, то есть читаю? – спросила она его.
Эрик пожал плечами, такими тонкостями он не озадачивался. Алисы ведь уже нет в живых, а дневники мёртвых сплошь и рядом читают и даже публикуют.
– И что там? – поинтересовался он. – Не написано, почему она…
– Я только начала… Наверное, надо его отдать, как думаешь?
– Кому?
– Не знаю. Нонне Александровне, может?
– Директрисе? Которая сделала всё, чтобы никто не узнал правду?
– Ну, может, тогда полиции?
– Угу, которая сделала то же самое. Как минимум надо сначала самим прочесть. Вдруг узнаем, кто её довёл. Просто так с крыши не прыгают.
– Значит, мне пока никому не говорить?
Вдруг из коридора послышались чьи-то голоса, шаги, хлопанье дверей.
– А сейчас что? Спрятать его? – округлила испуганные глаза Катя.
Эрик кивнул, прислушиваясь к шуму снаружи. И как раз всё стихло.
– Ну, можно пока спрятать, да. Ладно, мне, похоже, пора. Пойду я, пока там, вроде, никого нет. Я сейчас на историю, а ты давай, приходи в себя. Позже всё обсудим. И это… не парься из-за этих отбитых стерв. Шли всех лесом… или ко мне. Кстати, не знаешь, в какой комнате Дина живёт? Загляну-ка я к ней в гости на минуту.
– Через одну, – Катя указала пальцем влево.
Он легко поднялся, подмигнул ей и вышел из комнаты.