Нравилось даже просыпаться к годовалой малышке, брать на руки это крохотное, горячее тельце, подносить к спящей Ксане, развязывать тесемки её ночной рубашки на груди и с умилением наблюдать, как эти крохотные губки с жадностью обхватывают кремовый сосок.
И от того, её побег пришёлся ещё больнее. Она ведь даже не скрывала, что сделала это "ради детей". Будто он мог причинить им какой-то вред. Будто он не поплатился львиной долей акции комбината, только чтобы выкупить её мальцов из плена РОДНОГО отца.
- Может, я и ошибаюсь насчёт твоей Оксаны, - Кир встал рядом, одну ладонь положив на плечо Горского, а другой поднеся сигарету ко рту, - может, она отличная, просто запутавшаяся девчонка. Дом, муж, семья... Наверное, все это не так просто разрушить, особенно, когда нет уверенности в завтрашнем дне. Но, спрашивается, у кого она есть? У Лики? Ты уже бросил её однажды, а она осталась рядом, играла в дружбу, терпела твоих баб. Она осталась рядом даже, когда ты в невменяемом состоянии пустился в свой загул, тоннами выжирал спиртное, забил на работу, пачками трахал шлюх каждую ночь. Пока твоя Оксана наслаждалась счастливой семейной жизнью, именно она вытягивала тебя из этого болота. Может, стоит обратить внимание именно на такую женщину? На женщину, которая всегда, вне зависимости от обстоятельств за тебя, на твоей стороне, и плевать ей на твоё прошлое и всё пересуды. Либо будь с ней, начни ценить такое отношение, либо отпусти человека. И не надо говорить, что ты её не держишь. Пока даёшь хоть какую-то призрачную надежду - фактически привязываешь к себе цепями.
Макс понимал, что друг прав. Как и понимал, что он не равнодушен к Лике и с удовольствием бы оказался на его месте.
Черт, как же всё запуталось.
Он уже хотел было ответить, что согласен с Киром, и сам понимает, что Лику нужно отпустить. Ведь несмотря даже на чувства, которые он несомненно к ней испытывал, она никогда не сможешь занять в его сердце место, что уже отдано Оксане
Но ровно в этот момент зазвонил его сотовый. Но дисплее высветился номер одного из оперов местного отделения, который обычно первым сливал им информацию.
Принял вызов. Молча выслушал доклад, сбросил звонок и повернулся к другу.
Тот продолжал курить сигарету, вглядываясь в перекосившееся от ненависти лицо Горского и понимая, что разговор явно не принёс хороших вестей.
- Ты не ошибся насчёт Ксаны, - короткая ухмылка. Макс забрал у друга сигарету и сделал затяжку полной грудью, после чего со всей силы впечатал кулак в стену. - Она сейчас в участке и даёт против нас показания по делу Савицкого.
Глава 10
Я даже не могла понять, что от меня хотят.
Полицейский участок, куда почти силой притащил меня муж, производил угнетающее впечатление. Он выглядел слишком мрачно и пугающе.
Мимо меня то и дело сновали хмурые люди в форме, ради которых не хотелось выдать даже мало-мальскую улыбку.
Я никогда раньше не была в полиции, и честно, не горела желанием восполнить этот пробел.
Уже тридцать минут сидела напротив полного, облысевшего майора, который с жадностью поедал лапшу быстрого приготовления, омерзительно чавкая и пуская слюну. При этом всём, он ещё пытался о чём-то спрашивать меня. Как итог - половина слов просто растворялась в бесконечном потоке тошнотворного чавканья, и я наблюдала, как завитушки доширака вываливались из его рта.
Более мерзкое зрелище ещё нужно сильно постараться вообразить.
Я искренне пыталась вникнуть в то, что он говорил, а точнее мямлил, но это было просто выше моих сил.
Во-первых, из-за его...специфической манеры вести диалог с набитым ртом.
А, во-вторых, мыслями я была всё ещё с Ликой. Её слова настолько шокировали меня, что уже несколько часов после того, как мы расстались, я не могла перестать думать о том, что она сказала.
Надя жива. Это самый настоящий бред. Быть такого не может.
- Ты вообще слушаешь, что тебе говорят? Ксана, отвечай, чёрт побери!
Муж достаточно болезненно вцепился в моё плечо, попытавшись встряхнуть меня.
Всю дорогу до полицейского участка он смотрел на меня, как на врага народа. Подозреваю, что сегодня впервые за полгода, он мог превратиться в того, прежнего Костю, который не подбирал выражений при общении со мной, но сидящий за рулём автомобиля Кротов его явно смущал.