Ветки деревьев царапали стёкла. Автомобиль несся среди крепких стволов, каким-то чудом не впечатываясь ни в какой из них.
Только вот ЕЁ это уже не спасёт.
Горский точно знал, что как только мотор заглохнёт и колёса увязнут в лесной грязи, он либо придушит эту подлую, лицемерную дрянь, либо спустит в неё все потроны. Но живой она отсюда уже точно не выйдет. Всё. Рубикон пройден. Точка невозврата осталась далеко позади.
P.S. очень хочется поддержать друг друга в этой непростое время. От себя могу, наверное, только радовать вас новыми главами на каждодневной основе, хотя в обеих книгах отношения гланых героев будут далеки от любовной романтики, но я обещаю вам побольше страсти, настоящих, сильных эмоций и разрывающей сердце любви.
Пусть ваша жизнь наполнится настоящей любовью, дружбой, улыбками и позитивом! Всех моих читательниц-красавиц, с нашим прошедшим, женским днём)
Глава 18
Я его не боялась. Да, странно, особенно учитывая, что всего каких-то тридцать минут назад, действительно, могла распрощаться с жизнью.
Никаких сомнений, что Кротов и вправду мог задушить меня. Достаточно было посмотреть в его перекошенное от ярости лицо и чёрные, пропитанные ненавистью глаза, и теперь скорее приходилось удивляться, что он вообще оставил меня в живых.
Конечно, если бы не Макс, вряд ли мне бы удалось избежать самого трагичного, но самого очевидного финала этой встречи. Я почему-то на сто процентов была уверена, что Сергей без каких-либо колебаний способен убить меня прямо в кабинете участка и при этом не понести никакого наказания.
То что с полицией у него всё схваченно - факт очевидный, достаточно, посмотреть, как перед ним выслуживаются даже "должностные" опера.
Но для меня до сих пор оставалось загадкой, почему его так накрывало именно с темы сестры. Почему он был готов идти по головом, тратить огромные деньги, рисковать своей свободой, возможно, даже жизнью, чтобы упечь за решётку человека, который фактически даже не имел прямого отношений к её смерти.
Даже если не принимать во внимания слова Лику и допустить, что девушка на самом деле уже много лет мертва, какое отношение к этому имеет Макс?
Конечно, он знал, кто убийца и всё это время молчал, но ведь разве он мог пойти против собственного отца? Тем более, насколько мне удалось понять, эта милая девушка и сама была не прочь тех любовных утех, которые с ней вытворял горски-старший.
Как же всё сложно и запутанно. Очевидно лишь одно. К нормальной жизни мне уже не вернуться.
Сегодня был окончательно подписан смертный приговор моим отношениям с мужем. Я больше не вернусь к нему. только не после того, как он смиренно стоял под дверьми кабинета, когжа его дружок не давал мне сделать даже глоток воздуха.
А Макс...
Старалась не смотреть на него всю дорогу. Чуть отдышавшись, я просто прислонилась лбом к стеклу и даже попыталась уснуть, но со временем, реальность всё же начала возвращаться.
Мне начало казаться, что мы проезжаем уже знакомые местности и, наверняка, едем по направлению к дому. Его дому. ИХ дому, где сейчас, наверняка, пританцовывая в сексуальном фартуке, Лика вертится у плиты и готовит вкусный ужин. Хозяйка из неё прекрасная. Я то же никогда не была белоручкой, всегда следила за чистой, порядком и уютом в доме. Любила часами крутиться на кухне и кормить вкусной, домашней едой всю семью, но блюда, которые получались у Лики, были мне неподвластны. Казалось, она могла приготовить абсолютно всё. От обычных куринных котлеток с любым гарниром до деликатесов, достойных мишленовских ресторанов.
Иногда задавалась вопросом, у этой девушки вообще были недостатки? Разве что далеко не кристально чистое прошлое...Но мне ли говорить о морали, после того, как сама измаралась в целой тонне дерьма?
И словно прочитав мои мысли, макс, как всегда, решил ударить по самому больному.
Тумбочка, поднос, подстилка...Вот, кем я всегда для него была.
Даже, когда он играл в свою нежность и любовь. Даже, когда, так жестоко заставил поверить, что я для него нечто большее, чем очередной номер в трах-книжке, он никогда не переставал смотреть на меня свысока.
Только раньше я всё сглатывала. Чего далеко ходить? Достаточно вспомнить сегодняшнее утро.
Я всегда уступала, выстеливала, прогибалась, во всех смыслах этого слова. Но ведь всему приходит конец. Особенно работе нервной системы.
Я знала, что своими словами подвожу его к черте, за которой может оборваться моя собственная жизнь. И мне не было плевать. Я не хотела умирать, хотя вовьсе не потому, что мне хоть сколько-нибудь была дорога собственная жизнь. Но дети...С кем и на кого мне их оставить?