Фили не поленился найти мистера Грина и они вместе подобрали и срезали замечательную орхидею. Фили попросил садовника запаковать цветок в подобающую коробочку и вложил туда записку "С любовью от Фили". Мистер Грин отнес цветок в комнату экономки.
Она сидела перед зеркалом в последний раз окидывая себя придирчивым, критическим взглядом. Все, вроде, соответствовало ее желаниям -- что должно быть скрыто, то талантливо подчеркивалось черным вечерним платьем, которое оставляло руки и плечи открытыми.
Николь раскрыла коробочку и с удовольствием вынула цветок. Понюхала. Удовлетворенно улыбнулась. И основательно помучилась, прикрепляя его к платью.
Пора выходить, Фили, наверное, уже ждет ее.
Он дожидался ее в холле, терпеливо разглядывая узоры на лепном потолке. Увидев ее он встал с диванчика.
-- Мне очень нравится ваше платье, -- искренне сказал Фили, с радостью отметив, что на платье красуется цветок, подаренный им.
-- Спасибо, -- улыбнулась она. -- Куда ты хочешь отвести мня сегодня?
-- Я знаю одно местечко, -- загадочно сказал Фили. -- Вам понравится.
Они подошли к блестящему в свете садового фонаря Кадиллаку. Лестер терпеливо ожидал около машины. Завидев Фили с Николь, он услужливо, как и подобает добропорядочному шоферу, распахнул дверь салона.
-- О, у Лестера, кажется, сегодня хорошее настроение, -- прощебетала Николь Фили на ухо.
-- У меня тоже, -- констатировал тот, присаживаясь рядом с ней.
-- Спасибо за цветок, -- сказала Николь и положила руку на его колено, -- он очень красив.
Лестер уселся на свое место, зажег фары и повел машину к воротам поместья. Выехав на шоссе он оглянулся.
Фили сидел, обняв Николь левой рукой за талию, а правой держа ее руку, и примеривался, чтобы попасть поцелуем прямо ей в губы. Она томно опустила талантливо подкрашенные веки. Глаза Фили сверкали от счастья и восторга.
Лестер пожал плечами и отвернулся. На его лице появилась обычная неуместная сатанинская улыбка.
* * *
Точно так же он улыбался через несколько часов на обратном пути, бросая быстрые внимательные взгляды в зеркальце заднего обзора.
Фили уже отнюдь не робко касался губ Николь своими, а целовал ее жадно, страстно и уверенно, словно собственник. Рука его мяла тонкую черную материю платья на ее высокой упругой груди, так и норовя залезть в это манящее декольте. Запах ее дорогих изысканных духов, смешанный с ароматом ее тела и чуть терпким, но таким пьянящим запахом волос кружили ему голову гораздо сильнее, чем выпитый за ужином бокал красного вина.
Жизнь прекрасна -- впереди вся ночь, полная волшебной близости с ней.
Но Фили, однако, не торопил события, и не смотрел в окно -- когда же наконец доедут до дома. Нет. Он дорожил и наслаждался каждым мгновением, проведенным с Николь. Он знал, что теперь она от него не уйдет -- сегодня (обязательно сегодня!) он будет обладать этой восхитительной женщиной.
Фили не заметил даже как машина остановилась и Лестер вышел, чтобы открыть им дверь. Он почувствовал свежее дуновение ветерка в салоне и открыл глаза, с трудом возвращаясь из сладкой неги в мир реальный.
-- Спасибо, Лестер, -- сказал он вылезая из машины и подал руку своей даме сердца.
Николь вышла и взяла его под руку.
-- Спасибо за прекрасный вечер, -- нежно проворковала она.
Фили оторопел:
-- А мы уже прощаемся? -- с тревогой спросил он.
-- А ты хочешь покинуть меня? -- в свою очередь удивленно подняла она брови.
Они дружно рассмеялись, посмотрели друг другу в глаза и слились в едином порыве в долгом поцелуе, стоя посреди аккуратной дорожки, обсаженной кустами белых благоухающих роз. Где-то на крыше дома щебетала птаха. После знойного дня прохлада ночи казалась счастьем.
-- Этот официант в ресторане, -- сказала весело Николь, когда они входили в дом, -- у него такой смешной акцент! Господи, я так гордилась тобой сегодня -ты был настоящим джентльменом!
Да, Фили постарался не ударить лицом в грязь. И на все тонкие попытки официанта, делающего ударение на слове "месье", чтобы подчеркнуть несолидный возраст клиента и свое превосходство над ним, Фили отвечал с достоинством, зная, что хозяин тот, кто платит. Слава богу, он сын мистера Филмора и у него хорошая школа.
Но Николь его поведение искренне и приятно удивило.
-- Мисс Меллоу, -- начал Фили, когда они вошли в ее комнату.
-- Николь! -- ласково-укоризненно поправила она его, закрывая дверь на запор.
-- Да, конечно, -- сказал Фили, но не смутился, взял ее ладони в свои и посмотрел в светящиеся в темноте искорки ее глаз. -- Николь, я люблю тебя.
Она ответила ему страстным поцелуем.
-- Фили, включи пожалуйста свет, -- сказала она, когда они утомились от поцелуя и наступила тягостная пауза.
Он покорно нащупал выключатель.
Она повернулась к нему спиной, расстегивая свою бирюзовую кофту из тончайшей шерсти. Он помог ей снять ее и повесил кофту на спинку стула. Она повернулась к нему, и улыбаясь загадочно-чарующее, принялась развязывать ему галстук.
Фили хотелось кричать от восторга. Рассказать всему миру о своем счастье и о своей любви к ней. Он до конца еще не верил, что эта восхитительная женщина будет принадлежать ему. И он очень слабо представлял, как это будет происходит практически. Одно дело сладкие мечты, где он мог все... И совсем другое, пусть и замечательная сегодня, но действительность, потребующая от него не воображаемых, а реальных поступков.
Но здесь он рассчитывал на обещание Николь, что она научит.
Краем сознания Фили понимал, что пожирающее его сейчас хмельное чувство любви к ней является любовью плотской. Не более. Не той возвышенной любовью, которая достойна пера талантливых поэтов и одаренных прозаиков. Не той любовью, что заставляет людей творить чудеса.