- И Горский сам тебе всё это рассказывал?
Снова кивнула и прикурила сигарету от бушующего в камине огня.
- Мы много разговаривали. Он поначалу довольно часто приходил в клуб, "выкупал" меня на целую ночь и мы, действительно, могли проговорить до самого утра.
- Вы только...разговаривали?
Лика громко расхохоталась, а я почувствовала, как щёки заплывают краской. Идиотский вопрос.
- Трахнулись в первую же встречу. И знаешь, он был первым мужиком, после моей "любви", с которым мне понравилось в постели. Обычно, я отключала эмоции, когда шла с клиентом в кровать. Научилась отоситься к этому, как к работе. Конечно, получилось далеко не сразу, но получилось. Иначе бы я просто сошла с ума. Но с Максом...с ним сразу всё было по-другому.
- У вас был роман?
На миг она бросила на меня ироничный взгляд, а после снова повернулась к пламени, неспешно выпустив клубок дыма и тут же сделав новую затяжку.
- А ты и правда совсем ничего не знаешь. Он не заводит романы. Бывает увлекается, но не более. Изначально, мы просто трахались. Он приходил почти в каждую мою смену. Иногда увозил с собой, иногда на всю ночь снимал одну из комнат. В перерывах между сексом мы разговаривали на отвлечённые темы. Слушал в основном он, а я ему плакалась. И знаешь, это так странно...Никогда ни с кем не делилась своими душевными терзаниями. Понимала, что всем на самом деле плевать, а уж тем более мужикам, которым от тебя ничего не нужно, кроме "этого" места. А ему смогла открыться...Лежала на его груди, слушала биение сердца, вдыхала аромат потрясающих духов, и чувствовала, что я с МУЖЧИНОЙ. Настоящим, сильным, которому вроде есть до тебя какое-то дело...
- Вроде?
- Конечно "вроде". Всё это иллюзия. Наши проблемы никому не нужны. И это нормально, у каждого в жизни хватает своего дерьма, чтобы ещё в чужом копаться.
- Но ты ведь сама говорила, что с Горским всё было по-другому? Ты влюбилась в него?
Я понимала, что ни к чему затрагивать такие личные темы. В конце концов, меня они воообще не должны интересовать, какое собственно дело, кто из его женщин и какие чувства к нему испытывал? Но меня почему-то это волновало...
- Да, пожалуй, что так. Хотя сейчас думаю, что я просто соскучилась по какой-то теплоте, общению. Вообще люблю одиночество, но иногда оно добивало.
- А он смог закрыть потребность в теплоте?
- Он закрыл материальные потребности, это уже не мало. Деньги не делают тебя счастливым, но, возможность, не думать о них каждую свободную минуту, автоматически решает огромное количество проблем и сберегает нервы. Думаю, ты меня понимаешь.
О да, я её прекрасно понимала. Вообще, пока всё, что говорила Лика, невероятно резанировало со мной. При первой встрече она показалась мне весёлой, приятной, но легкомысленной и сумасбродной девчонкой. Сейчас я видела перед собой вдумчивую, интересную, красивую не только снаружи, но и внутри девушку.
- Да, глупо отрицать, что я влюбилась. Он показал мне совсем другую жизнь. Забрал из клуба, купил квартиру, машину, всем обеспечил. Я увидела с ним много стран.
- И стала номером 99?
- И стала номером 99. В отличие от тебя, мне он не сразу открылся. Достаточно долго приглядывался и решал, хочет ли посвещать меня в свои "уроки".
- Почему "уроки"? Я до сих пор не могу понять, что на них происходит. Чему он вас там учит?
- Не он нас, глупенькая, а мы его.
Вот тут уже вновь пришла моя очередь удивлённо поднимать брови.
- В каком смысле?
- Ты скоро поймёшь, что при всей свой силе, непоколебимости, самодостаточности и показном равнодушии, он куда более травмированный человек, чем мы вместе взятые. Он так же отчаянно ищет любовь, пусть и не признаваясь самому себе. Один раз вкусив этот чёртов наркотик, больше никогда не вернёшься к себе прежнему. Парадокс человеческой натуры - мы можем сотни раз обжигаться и обещать себе, что больше "никогда" и "ни при каких обстоятельствах", но в глубине души так хотим найти свою любовь...
- Ты открылась ему?
Отрицательно мотнув головой, Лика сделала послюднюю затяжку, потопив тлеющую сигарету прямо в собственном бокале.
- Он сам всё понял. И сразу оборвал. Быстро и без шансов. Потом появилась Оля, как и тебя, я учила её двигаться, одеваться, вообще объясняла, что и к чему.
- И ты так спокойно об этом говоришь? Неужели ты не ревновала?
Лика поражала меня всё больше. Как можно любить человека, и при этом самой выбирать для него любовниц? У меня бы, наверное, разорвалось сердце.