Но узнав, что я даже с детьми теперь толком видеться не могу, пообещал помочь, хотя и без особо энтузиазма. Сам обозначил, что Горский -исерьёзный мужик, и идти против него особого смысла нет. Кроме неприятностей, ничего не наживешь.
Тогда он говорил об обоих Горских абсолютно спокойно. Ни отец, ни сын особых эмоций в нём не вызывали. Их миры, видно, никаких не пересекались, и Кроту было плевать, чем те живут, как зарабатывают на жизнь, каких женщин трахают.
Но я помню, как горели его глаза, когда показывал мне снимок и прокручивал запись. Значит, всё дело именно в девчонке, что так сильно похожа на мою жену. Надежда Скворцова.
Кем же ты была, Наденька Скворцова, раз так сильно ухватила за грудки трёх маститых мужиков? И почему НАСТОЛЬКО похожа на мою Оксану? Ведь сходство просто нереальное. Как будто они...
Глава 14
Я понимал, что должен хоть что-то сделать.
Все местные полицейские были подняты на уши через несколько минут после звонка Лики. Каждый гаишник в области в течение нескольких суток обязан проверять машины на наличие маленьких детей.
Я задействовал все связи, которые только были в моих силах, и никакого результата. Как сквозь землю.
Ни родители Оксаны, ни её свекровь со свёкром понятия не имели, где мог скрываться этот ублюдок.
Все его друзья называли разные адреса, но не по одному из них не обнаружили даже малейших следов хотя бы недолгого пребывания детей или самого Синицина.
Но как, КАК ему удалось буквально раствориться в воздухе, да ещё и с тремя малыми ребятишками на руках? Я понимал, что здесь всё далеко не чисто. Он получил колоссальную поддержку, причём от человека влиятельного, который не побоялся так сильно ударить по мне, хоть и исподтишка.
Нисколько не сомневался, что порка устроена именно для меня. И так же осозновал, что естественно, самое безопасное в данной ситуации было бы просто остаться в тени. Полиция оповещена, менты работают, что ещё надо?
ВСЁ. В дело пошло СМИ. Если в течение сегодняшнего дня дети не объявятся, со следующего утра в каждом выпуске новостей будут крутить информацию об их исчезновении. Ко всему прочему в дело пойдут газеты, радио, интернет, и все доступные средства связи.
Знал, что Лика права, и если копают, действительно, под меня, то такая шумиха сослужит в дальнейшем самую паршивую службу, но какая к чёрту разница, когда ОНА даже не может подняться с кровати?
С огромным трудом мы с Ликой уложили её в постель, пытались отпоить горячим чаем, как-то унять истерику. Без помощи врача, естественно, не обошлось.
Лишь после укола успокоительного она смогла сначала перестать задыхаться от слёз, а потом хоть ненадолго заснуть.
Я переодел её в домашний халат, укутал тёплым, шерстяным одеялом, подложил под голову несколько пуховых подушек и долго держал в объятиях, слушая прерывистое дыхание, зарываясь лицом в шелковистые волосы. И думал. Лихорадочно думал, что и как делать.
Знал, что, если не найду детей, если с ними хоть что-то случится...Сам себе никогда не прощу. Уж то, что она даже на шаг к себе после такого не подпустит - дело очевидное, но как самому смотреть в зеркало на собственное отражение?
Многое чего было, с какой грязью только не приходилось сталкиваться, и человеская кровь была на руках, и предательства. Предавали меня, предавал я. Но все игры, войны, борьба шла между взрослыми людьми, никогда и никоим образом не затрагивая детей. Это слишком даже для таких ублюдков, как я.
Оставалось надеяться только на одно - он их отец, и с кем бы не связался, кто бы не дёргал им за ниточки, играя словно марионеткой, ему хватит мозгов и возможностей уберечь собственных ребят от беды.
Хотя, какие там возможности? Сам по себе никто и звать никак. Мог пижониться только перед молоденькими официантками и женой, которую по-скотски гнобил все эти годы.
Я целовал её горячий лоб, перебирал мокрые от выступивших капелек пота волосы, с тревогой отмечая поднимающуюся температуру.
- Возможно, конечно, и грипп, но если, как вы сказали, она попала под дождь, да ещё на таком ветру, я больше склоняюсь к обычной простуде.
Ветров, пожилой врач, долгое время работающий со всей моей семьёй, складывал градусник, фонендоскоп и неизвестные мне медицинские приборы в свою сумку, говорил совершенно спокойным, обыденным голосом, от чего меня стало трясти ещё сильнее.
- Обычная простуда? Она вся горит! Пот градом льётся, простынь под ней насквозь мокрая, а ты говоришь обычная простуда?!
- А вы ожидали, что после такой прогулки, она будет свеженькой, аки цветок? Тут ещё и нервный срыв свою роль сыграл. То ли из-за детей, то ли по факту изнасилования...