- Чтооо?
Я просто остолбенел. Какое к чертям... Что он несёт?
- Вы сами попросили провести полный осмотр. Вся внутреняя поверхность бёдер в синяках. На шее следы от удушения, вот я и подумал...
- Меньше думай, особенно, когда не просят. Твою дело - сбить температуру и унять жар.
- Я уже дал ей жаропонижающее и поставил укол. Скоро должно полегчать. Если не поможет, я выпишу лекарства...
- Ты останешься здесь, в этом доме, пока она не придёт в себя и не встанет на ноги.
- Но у меня планы.. .
Я смерил его таким взглядом, что все свои планы он решил отложить, взял сумку, бросил быстрый взгляд на Оксану, и прежде чем выйти из комнаты, коротко сказал, обращаясь, естественно, ко мне:
- С каждым годом вы всё больше становитесь похожи на отца. Не комплимент.
Конечно, не комплимент. Такие слова и не могли прозвучать, как комплимент.
Я смотрел на мечащуюся в постели Оксану, закутывал в одеяло, из которого она выбивалась каждую секунду, прижимал к себе, укачивал, как ребёнка, и не мог выбросить из головы слова доктора.
Невольно провёл ладонью по её бёдрам, разглядывая чётко проступившие багровые подтеки, и с трудом сдерживал ярость.
На шее следы от пальцев, и вот за них хотелось просто оторвать себе руки. Вспоминал, как она хрипела, судорожно хватая губами воздух, и поклялся, что отобью пороги всех психологов и психиатров, но выдеру из себя всю эту извращенскую дурь.
Но бёдра... Я брал её сзади. Сжимал ягодицы, талию, жадно проводил ладонями по пояснице, мучал шею, но бёдра...
Такие следы не могли остаться после нескольких случайных прикосновений, тем более с внутренней стороны.
А что, если соврала? Что, если было у них что-то с Артурчиком? И ведь вряд ли изнасилование.
Невольно вспомнил, как застал их чуть ли не в нежных объятиях друг друга, и ярость накрыла с головой.
Прижал к себе ещё сильнее, разрываясь от противоречивых чувств.
Жалел её, любил... Любил и, как своего ребёнка, и, как самую желанную, родную, все нервы истерзавшую женщину.
И в то же время, хотелось так сильно сжать в объятиях, чтоб задохнулась. Чтоб билась в предсмертных конвульсиях. Чтоб умерла в моих руках.
Сама поехала. Сама сделала всё, чтоб я узнал об этом. Обжималась с тем упырем, нежилась, а перед...
Пока я искал отель, пока мчался, как угорелый, посылая к чертям все знаки и правила движения, пока допытывал у упертого сопливого паренька из администрации, какой номер снят на его имя, чем они занимались?
В шахматы играли? Телек смотрели? Может вели высокоинтеллектуальные беседы?
Я неплохо знал Комарова. Если уж он вёз женщину в отель, никаких иных целей, кроме весьма очевидных, он не явно не преследовал. Да собственно, какой мужчина станет размышлять, когда красивая девчонка, так грационно и сексуально извивающаяся в танце, предлагает весело провести время вместе? Зачем искать двойные смыслы?
Хуже всего, что я так же знал о необъяснимой лично для меня симпатии, которую Артурчик вызывает у женщин. Вспомнились слова Лики о его привлекательности и щедрости. Да, всё это не больше, чем дешёвая пыль в глаза, но ведь Ксана мало, чем отличается от Лики. Выросла в этом же болоте, не знала других мужчин, кроме ублюдка-мужа и тирана-отца, особой разборчивостью в людях не отличалась, трудно ли было навешать лапши на её красивые, да и ещё и обиженные ушки?
Я знал, что она увидела меня с Клео и, вероятно, заревновала. Мучило совсем другое.
Может, изначально она и ехала в отель с целью насолить мне, вызвать ответную ревность, отомстить.
Но, кто даст гарантии, что Артурчик не пустил в ход своё обаяние и не смог-таки уложил её в кровать...
От одной подобной мысли внутри всё сжималось.
Я смотрел на бледное личико любимой женщины, чувствовал невероятную ненависть к себе за выражение дикого страдания и нечеловеческой боли, что читалось в нём, и в то же время... Представлял её под другим мужиком и уже не испытывал угрызений совести за следы на шее. Наоборот, хотелось оставить новые отметины. Хотелось в следующей раз довести дело до конца и не позволить ей сделать спасительный вздох.
Особенно, когда вспоминал мерзкие, ядовитые фразочки Комара:
"Мы провели такую страстную ночь. Твоя женщина даже лишилась чувств подо мной. Наверное, до меня её так никто и никогда не натягивал. Что толку держать при себе мужа и любовника, если ни один не в состоянии как следует отодрать? "
"...опустишь ствол, или потасканная телка не нужна? Хотя Лику ты трахал после меня. Это становится традицией. Мы ебем одних и тех же баб".