Справа кабинет первичного осмотра терапевта — гибрид Четвертого главного управления (ковры и тяжелый диван, кожа в золотых пампушечках) с приемной доктора Хауса (красивая аппаратура пастельных тонов, вся в зеленых огоньках).
Всё. На этом пыль в глаза исчезала и вплоть до кабинета Леши не возникала. Дальше все было не предназначено для взыскательного клиентского ока, поэтому просто и функционально: дверь налево, дверь направо, налево, направо…
В одной из этих скромных комнат на самом деле — средоточие нервных волокон фирмы, ее оперативный центр, определяющий судьбу как компании, так и каждого ее сотрудника, — отдел продаж и связей с больными. Там и находился простой и строгий, как сталинская шинель, стол Инессы.
Инесса Вайс. Она же Кане-Корсо, она же Кань-ка, она же заместитель генерального директора Романова, преданная ему так, как может быть предан только внутренний орган собственного организма.
Природа этой преданности обсуждалась не раз. Выдвигались самые разнообразные гипотезы.
Практические — непомерный размер зарплаты, исключающий саму возможность измены.
Романтические — невероятная, безответная страсть ее к Леше. Все стены ее квартиры (в которой никто из сотрудников, включая, кстати, и самого генерального, ни разу не был), уверяли новичков, увешаны его фотографиями. Также новичкам намекали расплывчато на наличие в квартире алтаря, над которым висел портрет Романова в «зеленке» анестезиолога со стетоскопом на шее и скрещенными на груди руками. Якобы об этом рассказала неизвестно кому сама Инесса, находясь в сильном подпитии. Факт бредовый хотя бы потому, что Инессу, выпивавшую легко на спор бутылку водки, пьяной не видел никто.
Гипотеза, навеянная мексиканскими сериалами: Инесса — результат внебрачной связи Лешиного отца, обожает сводного брата и вырастила его сама (sic!). Леша об этой теории не знал, а жаль! Повеселился бы от всей души! Отец его — интеллигент, профессор, математик-задохлик, зашуганный властной Лешкиной мамой, мог дать фору фашистской Германии по полноте и безоговорочности капитуляции. И у него связь на стороне?! Бред!
Гипотеза, навеянная американскими сериалами: Романов — подставная фигура, а на самом деле все деньги и фирма принадлежат Каньке, которая и управляет марионеткой. Однако достаточно увидеть, как Инесса подтягивается при появлении Хозяина, чтобы понять — либо она великая актриса, либо гипотезе место на свалке истории.
Гипотеза мистическая: Инесса — реинкарнация Лешиной мамы (и мать, и отец сгинули бесследно в бездне «Нахимовского» кораблекрушения).
Так или иначе, но Инесса действительно была предана фирме, — пресловутое Романовское везение (тоже притча во языцех).
Она отказалась от кабинета (а Леша планировал его не меньше своего, урезав на чертеже оперативный зал) и предпочла стол в центральном, по своей значимости, подразделении фирмы.
Отсюда она правила, слегка натягивая или, наоборот, ослабляя невидимую паутину, опутавшую сотрудников, сотканную из ее пяти чувств. И интеллект — как шестое.
Кнут и пряник, слитые воедино в одушевленном виде… Кстати, небезынтересно было бы рассмотреть дихотомию кнута и пряника как национальное российское воплощение идеи Инь и Ян.
Сейчас перед Инессой сидела — ни жива ни мертва — недавно принятая на работу сотрудница по сопровождению больных, Елена Зеленович, прозванная Лешей в цвет ее фамилии Ленка Доллар.
— Скажи, Лена, — задумчиво поинтересовалась Инесса, не отрывая глаз от карандаша, который она медленно и равномерно крутила в руках, — почему наш пациент, господин Назарбеков, вдруг заинтересовался ценой своих обследований и требует предоставления ему… — Инесса аккуратно отложила карандаш, покопалась в бумагах на столе, нашла нужную и, отставив лист от себя — жест, выдающий дальнозоркость, — зачитала: — «Я требую предоставления мне как лечившемуся в настоящем у вас лицу…» — Инесса оторвала глаза от письма: — Авторский стиль и пунктуация полностью сохранены.
Зеленович на всякий случай хихикнула.
— «…необходимой и полной денежной информации по стоимости всех обследований, как проведенных мне, так и в будущем…»
Подняла лишенный всякого выражения взгляд на Зеленович. Ленка нервно сглотнула.
— Учитесь, Киса! Хорошо излагает! — И вернулась к письму: — «…так и в будущем. Информацию прошу предоставить непосредственно от лечебного учреждения (Клиника ПМЦ), на фирменном бланке с круглой печатью». Бла-бла-бла… Дальше неинтересно. Так вот, гражданка Зеленович! — Безразличие во взгляде Инессы сменила сталь, пока еще в ножнах. — Почему господин Назарбеков написал компании «Исцеление» такое письмо? Как ты думаешь?