— Эймс прошел мимо убийцы, но не видел его?
— Это именно тот пункт реконструкции происшедшего, который я хотел вам продемонстрировать, — отозвался доктор Фелл. — Все дело в освещении. Коридор, как мы слышали неоднократно, был абсолютно темным. Вопрос: как мог убийца видеть, куда наносит удар? Ну, это можно было обеспечить только одним способом, что я и проверил прошлой ночью… Посмотрите вниз — только сначала немного спуститесь. Вот так. Видите узкие окна с обеих сторон входной двери? Одно из них расположено по прямой линии с перилами, а снаружи находится уличный фонарь. Силуэт головы и плеч человека, поднимавшегося в темноте, вырисовывался слабо, но достаточно определенно, в то время как убийца оставался в тени. Как я сказал, это было проверено прошлой ночью. Я попросил Элинор Карвер показать мне, где она стояла, когда впервые увидела тело с лестницы, и это сработало.
Хэдли выпрямился.
— Значит, вы попросили Элинор Карвер, — повторил он странным тоном. — Я хочу поговорить с вами об этом… Давайте осмотрим засов на люке, а может быть, поднимемся на крышу. Там нам не будут мешать.
Между старыми друзьями ощущалось какое-то напряжение. Хэдли вынул из кармана один из ключей и отпер дверь на лестничной площадке. Она открылась внутрь, и он стал шарить по левой стене в поисках выключателя. Призрачный свет лампочки без абажура, свисающей с потолка, осветил узкий душный проход с темными стенами, ковровую дорожку на полу, а в дальнем конце крутую лестницу-стремянку. Потолок был низким из-за устроенной наверху каморки наподобие чердака, и Мелсон закашлялся от пыли, трепетавшей вокруг лампы. Хэдли закрыл дверь, щелкнув пружинным замком, и сразу перешел в наступление.
— Фелл, — резко осведомился он, — что с вами происходит?
Доктор Фелл поколебался, уставясь на стремянку, но потом усмехнулся. Эта усмешка, отозвавшаяся эхом в затхлом проходе, ослабила напряжение — гаргантюанское веселье оттеснило на второй план ужас случившегося. Достав яркий шейный платок, доктор вытер им лоб и подмигнул.
— Нервы, — признался он. — Не подозревал, что они у меня имеются. Это результат отсутствия укрепляющего влияния пива. А также одной из самых худших интерлюдий, в каких я когда-либо рассчитывал участвовать.
— Вы не верите, что эта девушка виновна?
— Элинор Карвер? Нет, — ответил доктор, шумно высморкавшись. — Но сначала давайте взглянем на люк и проверим правдивость показаний юного Полла.
Хэдли стал подниматься по стремянке и двигался вверх, пока на виду не осталась только нижняя часть его ног. Доктор Фелл и Мелсон услышали чирканье спички и возглас удовлетворения. Старший инспектор спустился, отряхнув руки и просунув голову под потолок.
— Это все окончательно проясняет. Убийца не спускался здесь и, более того, никак не мог подняться на крышу через люк, оставив его закрытым на засов изнутри. Засов очень крепкий — чтобы отодвинуть его, нужно немало усилий.
Доктор Фелл вертел в руках платок.
— Выходит, — задумчиво промолвил он, — ваш главный свидетель был пьян и ему все померещилось?
— Вот именно. Это доказывает, что только Элинор… Погодите! Что вы имеете в виду, называя Полла главным свидетелем?
— А разве это не так? Разве он не доказал вам, что убийство совершила Элинор? Теперь я вижу, что вы согласны с Эмерсоном,[41] утверждавшим, что глупое постоянство — удел тупиц. Но в данном случае я намерен отстаивать небольшую толику постоянства. Когда Полл предъявил окровавленную перчатку, сказав, что подобрал ее в абсолютно темном коридоре, вы аплодировали его проницательности и присутствию духа. Но когда он заявил, что видел сравнительно безобидную полоску лунного света — которая в темноте куда заметнее, чем черная перчатка, — вы готовы заподозрить его в белой горячке. Можете верить или не верить его рассказу — я не возражаю. Но вы не можете принимать ту его часть, которая вас устраивает, и отвергать ту, которая не соответствует вашей теории. Для моего простого ума обе части либо одинаково лживы, либо одинаково правдивы.
— Могу, — возразил Хэдли, — если факты говорят в мою пользу. Люк заперт на засов — в этом Полл ошибся. Но с другой стороны, перчатка у меня в кармане. Надеюсь, вы не сомневаетесь в ее существовании?
— Я сомневаюсь в ее важности… Теперь смотрите. Вы искренне думаете, что убийца пользовался этой перчаткой? Можете представить себе Элинор Карвер, которая, заколов беднягу Эймса, срывает и бросает на пол перчатку со своими инициалами, чтобы полиция нашла ее? Кстати, перчатка должна была пролететь некоторое расстояние от лестницы до двери Полла. «Тайна летающей перчатки», триллер о работе Скотленд-Ярда, сочиненный Дейвидом Ф. Хэдли… Чушь, дорогой мой! Первоклассная, чисто британская чушь! Вызовите Полла в суд рассказывать ту же историю, и хороший адвокат поднимет вас на смех. Однако вы проглатываете целиком его показания насчет перчатки и упорно отрицаете их часть, касающуюся люка! Вам не приходит в голову, что люк тогда мог быть открыт, а теперь закрыт на засов по той удивительной причине, что кто-то закрыл его позже?