— Узнаю собственный почерк? — огрызнулся Стэнли. — Что, черт возьми, вы имеете в виду? Конечно, узнаю. Вы принимаете меня за психа?
— В таком случае скажите: вы писали это?
Доктор Фелл полез в карман, достал письмо и бросил его через стол. Оно опустилось на колени Стэнли, но тот к нему не прикоснулся.
— Прочтите это!
Снова щелканье бича. Стэнли взял письмо и медленно развернул его.
— Вы это писали?
— Нет.
— Но здесь ваша подпись.
— Говорю вам, я не писал этого письма и в глаза его не видел. Вы называете меня лжецом?
— Я ваш друг, иначе не говорил бы вам все это. Подождите, пока услышите, что говорят другие.
Стэнли слегка отодвинулся назад.
— Ну и что они говорят?
— Что вы безумны, приятель. Что у вас в голове червячок, который разъедает мозг…
Стэнли швырнул письмо на стол. От него пахло мокрой одеждой и бренди. Когда его волосатая рука метнулась вперед, пальто слегка распахнулось, и Мелсон заметил кое-что в кармане.
У Стэнли был револьвер.
— Вы безумны, — повторил доктор Фелл. — И потому убили Джорджа Эймса.
И здесь Мелсону показалось, что «нечто» вот-вот бросится на них. Оно повернулось на стуле, словно увеличившись в размере.
— Мне пришлось поломать голову, — продолжал доктор Фелл, глядя в круглые желтоватые глаза, зрачки которых словно непрерывно пульсировали, то сужаясь, то расширяясь, — но теперь я намерен продемонстрировать улики против вас, раскрыть, что кое-кто думает и говорит о вас…
Прошлой ночью, когда Эймс поднимался по этой лестнице, вы не могли выйти через двойную дверь в коридор. Мы все это признаем.
Но в показаниях имеется одна очень странная деталь. Человек, стоящий в темном коридоре, видел полоску лунного света. Дверь в проход, ведущий на крышу, была открыта — понимаете? — и в этом проходе он увидел лунный свет. По его словам, свет проникал из люка в крыше. Но это невозможно, так как люк был плотно закрыт на засов, и никто не мог пройти через него. Помните: он сказал «полоска», а не пятно или квадрат, которые могли возникнуть при открытом люке — всего лишь маленькая полоска… как, скажем, от отверстия за одной из скользящих стенных панелей, которых, как нам известно, в этом доме полдюжины.
Вспомните расположение комнат — слева находится спальня вашего друга Боскома, а ее стена является также стеной этого прохода. Не забывайте, что вы в вашем темно-сером костюме могли незаметно проскользнуть из-за ширмы — также стоящей слева — в спальню и отодвинуть панель в стене, чтобы выбраться оттуда. Помните также, что луна светила в задние окна. Лунный свет падал в спальню и проник через приоткрытую панель в проход, когда вы пробрались туда, открыли изнутри пружинный замок двери и вонзили в Эймса стрелку от часов на площадке! Вот что вы сделали, утверждает свидетель, если вы не заставите его говорить другое, и его имя…
— Берегитесь! — крикнул Хэдли.
Доктор Фелл еще продолжал говорить, когда ручища Стэнли рванулась вперед и сбросила со стола лампу. При свете пламени в камине они увидели глаза Стэнли, блеск металла в его руке и услышали его хриплое дыхание.
— Стойте на месте! — приказал Стэнли. — Я сам с ним разберусь.
Его массивная фигура заслонила поток света из холла, когда он повернулся и побежал. Свет исчез, когда дверь захлопнулась, и ключ повернулся в замке, прежде чем Хэдли метнулся к ручке.
— Он запер нас!.. — Хэдли начал колотить кулаками по двери. — Беттс! Хватайте его… откройте дверь… Господи, Фелл, вы выпустили на свободу маньяка!.. Беттс! Вы можете остановить…
— Доктор Фелл приказал не останавливать его, — отозвался голос снаружи. — А вы говорили… Он забрал ключ!
— Задержите его, проклятый идиот! Сделайте что-нибудь!.. Спаркл! Взломайте эту дверь!
Какая-то тяжесть навалилась на дверь снаружи. Послышалось ворчание, которое сменил новый удар. Сверху донесся крик, а затем пистолетный выстрел.
Они услышали второй выстрел, прежде чем со скрежетом вылетел замок. Хэдли распахнул дверь, выбрался в коридор и помчался к лестнице. Мелсон следовал за ним. Послышался четкий голос, громкий, но спокойный и даже довольный:
— Понимаешь, они думают, что я сумасшедший, поэтому я могу убить тебя, как мне заблагорассудится, ничем не рискуя. Конечно, я могу убить тебя сразу, скажешь ты правду или нет. Но одна пуля в ногу, другая в живот, третья в шею… это может продолжаться бесконечно, пока ты не разинешь свой лживый рот. Как видишь, никто мне не мешает. У двери полисмен, и он ничего не делает, чтобы тебе помочь, хотя и вооружен. Я видел, как топорщится его карман, но он ничего не предпринимает — даром что я стою к нему спиной. А сейчас я сделаю еще один выстрел…