Мы сидели в маленьком домике и играли весь день с перерывами на обед и ужин. Нам было весело, несмотря на дождь и слякоть, мы были вместе и, кажется, лучше нельзя было провести этот день, когда непогода загоняла всех по домам, все проклинали надвинувшиеся холода, а нас согревала наша молодость, душевная теплота, чистая дружба и безобидность.
К вечеру, когда уже совсем стемнело, за нами пришли родители и отправили спать, что мы с удовольствием и сделали, как только пришли к своим тёплым, мягким постелькам.
* * *
Всю ночь шёл дождь. Я слышала, как дождь барабанит по крыше над моей головой. Кап, кап, кап… Молнии озаряли небо, раскатистый гром уже не пугал и не будил меня. Горячая печка согревала мои ноги. Мама сказала, что оставит Павлика здесь, а сама уедет после выходных в город. Папа тоже уедет – ему надо на работу. Я была рада, что мы будем вместе с Павликом. Мы с Павликом погодки – он всего на год младше меня – всегда были вместе и то, что мама в этом году поехала работать в Пионерский Лагерь и взяла с собой Павлика меня очень огорчило. Мне было грустно без него. Дома мы играли в разные игры, придумывали себе забавы, всё делали вместе, а теперь мне пришлось жить без него, наверное, первый раз в жизни, и я очень скучала.
Я соскочила со своей кровати и пошла в комнату, где спал Павлик. Павлик сидел на кровати.
— Ты чего не спишь? — спросил он.
— Я хочу тебе сказать, что мне было скучно без тебя.
— Я тоже скучал. Пошли гулять.
— Взрослые будут ругаться.
— Нет, все спят. Дождь кончился. Пошли. Мы с папой сделали рацию, они смогут нам позвонить. Вот, смотри!
Он показал мне небольшую коробочку.
— Она может работать и как радио. Слушай.
Я поднесла коробочку к уху, из неё раздавалась музыка.
Мы вышли на улицу. Утренняя заря осветила Мокрец розовым светом. Туч не было. Маленькие рыбки плескались на поверхности воды, что создавало удивительную игру света. Держась за руки, мы пошли вдоль берега. Мы шли, шли и дошли до ослепительной красоты водопада. Обрыв у наших ног был каменистым и Мокрец стекал прямо с этого обрыва, образуя великолепную вереницу брызг искрящейся и играющей всеми цветами радуги воды.
— Как красиво! Я никогда не видела это место.
— Здесь я летаю! Если перелететь через водопад и загадать желание, то оно исполнится.
— Я хочу, чтобы ты никогда больше не ездил без меня в Пионерский Лагерь!
— Теперь полетели!
Мы раскинули руки и с разбегу бросились с обрыва. Теплый влажный ветер подхватил нас. Мы словно обрели крылья. Мы летели вместе, рядом с нами пролетали чайки, ласточки махали нам крыльями. Мы пустились в пике вдоль искрящейся воды водопада, затем нырнули в чистую водяную гладь. Рыбки плыли рядом с нами. Нам не нужно было разговаривать друг с другом, каждый из нас понимал всё, то чувствует и хочет сказать другой…
Кто-то тряс меня за плечо. Павлик стоял рядом со мной и плакал.
— Ты чего, Павлуш?
— Я обдулся…
— Сейчас я помогу.
Я сняла простынь с его постели, потихоньку взяла таз и мы вышли на улицу. Всё ещё лил дождь, но ветер немного утих. Я налила в таз воды из умывальника и застирала простынь, вывесила простынь среди других простыней, зашла в кладовку и взяла чистую простынь. Я знала, где они лежат у бабушки, так как часто помогала ей выдавать постельное бельё отдыхающим.
Зайдя в комнату Павлика, я перевернула его матрац и застелила новую простынь.
— Спи, Павлуша.
— Ты никому не скажешь?
— Спи, не скажу.
Павлик лёг, я накрыла его одеялом, он взял меня за руку и я так и сидела рядом с ним, пока он не погрузился в крепкий сон.
Я легла на свою кровать, но уснуть уже не смогла. Я вспоминала свой сон и снова и снова представляла себя летящей вдоль великолепного водопада на белых пушистых крыльях рядом с моим любимым братишкой.
Конец