— Вас слушают, — ответил молодой мужской голос.
Караджана будто окатили водой, сразу смывшей с него веселый настрой.
— Алло, алло!.. — слышалось из трубки.
— Кто это? — спросил Караджан, все еще надеясь, что ошибся номером.
— А кто вам нужен? — спросили на другом конце провода.
— Гулгун… Мне нужна Гулгун. Позовите…
— А кто ее спрашивает?
— Послушайте, что вам за дело до этого? — вспылил Караджан. — Пригласите, пожалуйста, если она там.
Караджан шумно дышал, с трудом сдерживаясь, чтоб не отвести душу, нагрубив как следует, но в это время в трубке зашелестело, она стукнулась о что-то, и в ней прозвучал плавный голос Гулгун:
— Это вы, Караджан-ака? Здравствуйте!
— С кем это ты там? — глухо пробурчал Караджан.
— Брат Таманно. Он только что зашел, учит нас играть в «девятку», — засмеялась Гулгун.
Она, видно, догадалась, кто позвонил, и выхватила трубку. Но настроение у Караджана уже было испорчено.
— Я хотел с тобой поговорить, — сказал он.
— Я вас слушаю, Караджан-ака.
— А увидеться мы не можем?
— Можем. Где вы сейчас? Я приду.
Караджан назвал кондитерский магазин на углу махалли, неподалеку от дома Музаффаровых, и, вскочив в машину, помчался туда. Он подъехал раньше, чем появилась Гулгун. Зашел в магазин и купил сигарет. Выйдя на улицу, закурил. И тут издалека увидел Гулгун, идущую с высоким парнем. Они тоже, кажется, заметили Караджана. Парень сделал попытку взять Гулгун под руку, она отстранилась и ускорила шаги. Парень ей что-то сказал, помахал рукой и свернул в переулок.
— Здравствуйте, — с улыбкой сказала Гулгун, подавая руку.
Караджан хмуро кивнул. Отвечая на рукопожатие, он не задержал, как прежде, ее ладонь в своей. И опять невольно посмотрел в ту сторону, где скрылся долговязый парень.
— Это же Хайрушка, — смеясь сказала Гулгун. — Как только я стала собираться, и ему загорелось пойти к приятелю…
Они некоторое время шли молча. Под ногами шуршали опавшие сухие листья. Кроны деревьев сделались прозрачнее и почти не задерживали солнечных лучей. Октябрьское солнце не обжигало, а приятно грело, сделавшись добрее. В арыке журчала, прыгая по обнаженным и вымытым до желтизны корням, вода, прозрачная, какой она бывает только осенью.
— Как учеба? — спросил Караджан, чтобы только не молчать, потому что их молчание чересчур затянулось.
— Спасибо, все хорошо, — произнесла Гулгун и, помолчав, спросила: — Вы мне хотели что-то сказать?
— Я получил квартиру, — сообщил он.
— Поздравляю.
— Мы теперь можем справить свадьбу. Я жду только твоего согласия.
Девушка вложила свою теплую ладошку в его руку. Он порывисто сжал ее пальцы, и она улыбнулась, изломив брови от боли.
— Вы же знаете, я согласна. Только надо подождать, — тихо сказала она, глядя на него с нежностью.
— Сколько же еще ждать?
— Мне сначала надо закончить учебу.
— Закончишь! Если хочешь, я каждый день буду привозить тебя в институт из Чарвака!
Гулгун засмеялась его горячности.
— Потерпите, — сказала она, легонько пожав его руку.
И опять в сердце Караджана скользким неприятным холодом заползло подозрение.
— А может… другая тут причина? — с трудом выговорил он, глядя в сторону.
Гулгун остановилась и дернула его за руку:
— О чем вы подумали?
Караджан пристально и изучающе разглядывал ее красивое лицо. «Не сватается ли к тебе этот Хайрушка? Не специально ли его родители привезли тебя в Ташкент, чтобы свести вас?» — хотел сказать Караджан, но побоялся, что этим обидит Гулгун, и у него не повернулся язык. Он шумно вздохнул и махнул рукой, как бы отгоняя нелепые мысли. Заставив себя улыбнуться, предложил:
— Давай весь день проведем вместе. Погуляем по парку, я покатаю тебя в лодке. Сходим в кафе-мороженое. Ты же любишь мороженое, я знаю! А на вечер я достану билеты в театр. Ну как?..
— Я сегодня пообещала Мархамат-апа помочь постирать. Скажет, нарочно сбежала, обманула…
— Так… — произнес Караджан, делая свои выводы. — Ну, а вечером?
— Ой, Караджан-ака, вы всегда сваливаетесь как снег на голову. Я же не знала, что вы приедете. Вечером ко мне должны приехать девочки — будем готовиться к семинару по «актуальным вопросам кардиологии».
— Так. Все ясно, — сказал Караджан.