Закончив с раненными, Тибор направился к коридору, ведущему в ту сторону, где происходило основное сражение, но покинуть зону отдыха не успел. Одна из баррикад, перегораживающая вход в боковой коридор, разлетелась в клочья от сильного взрыва. Мориц среагировал моментально и огромным прыжком пересек остававшееся до ближайшего коридора расстояние. Укрывшись за полуоткрытой дверью и импровизированными укреплениями мятежников, Тибор не глядя открыл огонь в сторону предполагаемого противника. С первого взгляда Жнецу не удалось обнаружить врага, но заряды микродроби, сталкиваясь с чем-то невидимым, давали представление о том, где находится противник. Армейские комплекты боевой брони могли подавлять сканирующие сигналы, и для доспехов Тибора противник, облаченный в такую броню, был полностью невидим. Выругавшись, Мориц отступил в глубь коридора, пытаясь найти более выгодную позицию для ведения боя. Ни двери станции, ни тем более импровизированные баррикады не могли полноценно защитить от армейского вооружения.
Нырнув в один из боковых проходов, Тибор развернулся и несколько раз выстрелил в своего преследователя. В узком коридоре, даже не видя противника, было практически невозможно промахнуться стреляя из дробовика. Тибор по-прежнему не видел врага, а микродробь, подлетая к броне мятежника, замедлялась и падала на пол, перехватываемая защитным полем бронескафандра. Та же технология использовалась и для создания полей торможения, замедляющих космические корабли, прибывающие в звездную систему. В обычных условия у Тибора не было бы никаких шансов на то, чтобы повредить противника, защищенного таким полем. По крайней мере, дробовик был бы бесполезен. Но Жнец заметил, что несколько зарядов все же долетели до вражеской брони и разорвались на ее поверхности. Этого не хватило, чтобы нанести серьезные повреждения, но было хорошим началом. Тибор так же отметил, что противник прекратил стрелять. Вполне возможно, что вооружение, захваченное мятежниками, слишком долго находилось под воздействием пульвиса, и постепенно приходило в негодность. Либо сказывалась неопытность восставших рабов, не имеющих опыта в обращении с армейскими технологиями.
Тибор продолжал стрелять, отмечая про себя, что все больше и больше микродробинок преодолевают защитное поле врага. Он отступал по коридору, стараясь держать дистанцию и не подпускать противника слишком близко. К счастью для Жнеца, мятежник передвигался в броне крайне медленно и неуклюже. После одного из попаданий, Тибор вдруг ясно и четко увидел своего противника. Видимо, одна из попавших в цель микродробинок повредила систему подавления сканирования, в броне врага. От следующего выстрела бунтовщик пошатнулся и едва не опрокинулся на спину. Защитное поле уже практически не действовало и все больше и больше взрывов расцветало на его броне. Тибор не стал рисковать, ввязываясь в рукопашную схватку, а продолжал планомерно расстреливать противника, пока тот не рухнул под градом микродроби.
Подойдя к упавшему врагу, Жнец еще несколько раз выстрелил ему в голову и удовлетворившись видом развороченного взрывами шлема отправился обратно в зону отдыха. Там его уже ждал Эмиль Чаба. Звуки боя более не были слышны, а бронескафандр оценивал общее число убитых повстанцев приблизительно в восемьдесят человек. Однако шансы того, что все Жнецы оказались живы, существенно выросли и оценивались бронекостюмом как девяносто пять процентов.
- Еще не всё, - усталым голосом произнес Чаба. Он стоял над телом одного из мятежников и перекидывал свой огромный, окровавленный молот из руки в руку. – Разбежались. Нужно ловить.
Тибор кивнул в ответ и внимательнее присмотрелся к телу раба, которого рассматривал Чаба. «Ярослав Новак», гласил инфотег на мертвом мужчине. «Собственность Лорда Хенрика Прейснера». Что-то в этом теге показалось Тибору смутно знакомым.