Однажды вечером за столом у доброй тетушки Маргариты аргентинский журналист, работающий для североамериканского агентства ЮПИ, начинает излагать «великую» теорию о более низком уровне латиноамериканцев по сравнению с англосаксами, что вызывает раздражение у его соотечественников. Из уважения к хозяйке Эрнесто все же удерживается от каких-либо комментариев. До момента, когда он слышит:
— Жаль, что аргентинцы побили в 1806 году англичан, а то оба американских континента говорили бы по-английски и все шло как в Соединенных Штатах!
Хлесткая реплика Фусера:
— Что касается меня, я предпочту быть безграмотным индейцем, нежели североамериканским миллионером! — И продолжая: — Или у нас было бы как в Индии, где местные страдают от истощения и на 90 % безграмотны, через два века после колонизации англичанами…
26 июля 1952 года, ясным утром, Эрнесто Гевара готовится покинуть аэропорт Маикетиа в самолете, полном лошадей. Двое путешественников сокращают прощание, каждый сдерживает обуревающие его эмоции, хитрит, чтобы не расстраивать другого.
— Сдавай свои экзамены и возвращайся ко мне, мы пойдем в Мексику, — Миаль борется со спазмами в горле.
Поднимаясь в самолет, Фусер прячет лицо, чтобы его не увидел друг.
Глава VI
У ГРИНГО
Поломка мотора задерживает Фусера в Майами. И вот он один-одинешенек на североамериканской земле на неопределенное время с одним-единственным долларом в кармане. Проводив дядю и его лошадей по назначению, он спрашивает себя, как убить время. Начинает с того, что находит место мойщика посуды в ресторане, благодаря чему обеспечивает прожиточный минимум. А поскольку это дает ему свободное время, он шатается по улицам и наблюдает, «как здесь идут дела».
Первое, что его поражает, — это могущество доллара. Все вертится вокруг долларовой бумажки (dollar bills), и в шутку всех американцев Эрнесто называет Биллами. Он прогуливается по маленькому городу, который насчитывает три сотни тысяч душ в то время (два миллиона сегодня), ест хот-доги и обнаруживает, как сильна здесь сегрегация. Потомки рабов не всегда имеют те же права, что и их «белые братья». В кинотеатрах вестерны противопоставляют «хороших» ковбоев и «плохих» индейцев. Эрнесто не отождествляет Соединенные Штаты с этим манихейством, не испытывает ненависти к «сеньорам Биллам», видит в них маленьких детей без реального политического сознания, имеющих культ доллара.
Если у него и нет ненависти к американскому народу, зато он ненавидит его политических лидеров и промышленных магнатов, которые давят на латиноамериканские страны, мешая им развиваться по своему усмотрению.
Через месяц, 31 августа, «дуглас» в состоянии, наконец, взлететь. Эрнесто засыпает среди ящиков с фруктами, которые заменили лошадей. После остановки в Каракасе — прибытие в Буэнос-Айрес. Радость семьи, пришедшей встречать его в огромное здание аэропорта, безгранична. По возвращении в квартиру на улице Анераль в квартале Палермо его сначала отправляют в ванную помыться и надеть чистую одежду, затем садятся за стол. Тут все его любимые блюда: пирожки с мясом, поджаренная говядина с вином Мендоса и венчает все пиршество мате в серебряной бомбилье, привезенной из Кордовы, с выгравированным на ней его именем. Открыв рот, все слушают рассказ о его путешествии, смягченный, однако, в наиболее убивающих деталях. В глазах присутствующих гордость и одновременно тревога, неуловимое беспокойство. «Он больше не тот. В лице какая-то жесткость, что-то сильно изменилось в нем», — шепчет Анне Марии хорошенькая Матильда, по прозвищу Минутча, невеста его брата Роберто.
Решено как можно быстрее сдать пятнадцать экзаменов, которые ему остаются, чтобы получить диплом врача. Итак, нужно полностью погрузиться в работу. Для этого он выбирает дом своей любимой тетушки Беатрис, где никто его не потревожит, и предполагает закончить к маю 1953 года, что явно нереально. В ноябре он сдает три экзамена — урологию, офтальмологию и кожно-венерические болезни. В конце 1952 года еще десять, среди которых судебная медицина, гигиена, ортопедия, туберкулез, инфекционные болезни. Немного позже четырнадцатый, и наконец, 11 апреля 1953 года последний дипломный экзамен своего марафона: неврологию. Его мать счастлива, он удовлетворен. Профессор Писани потирает руки, уверенный, что нашел в Эрнесто ассистента, того, кто однажды заменит его. На Писани большое впечатление произвел рассказ о прокаженных Амазонки.