Выбрать главу

— Воропаева, 5. Молодец.

— Воркунов. 3. Для тебя это достижение.

— Рябов. 4. Очень неплохо, постарался на этот раз.

— Калмыкова. 4. Ты могла бы и лучше, я знаю.

— Михеев (это я). 2. Ну, ты Михеев и балбес! Вот послушайте, дети, что он написал.

И возмущенная Вера Семёновна прочитала моё сочинение:

«Когда я был маленьким, то хотел стать космонавтом, продавцом мороженого или авиаконструктором. Потом решил, что лучше быть автогонщиком, а когда подрос, то понял, что надо быть бизнесменом, чтобы хорошо жить. Наверно, я еще могу передумать, пока вырасту, но одно знаю точно: учителем не буду никогда, потому что учить детей — это мартышкин труд. Всё равно, что из них вырастет, то вырастет, а тратить своё время попусту, как наша Вера Семёновна, я не хочу. Я же не мартышка».

Вера Семёновна всхлипнула и с надрывом произнесла:

— Завтра, Михеев, с родителями и сочинением — к директору!

ВЕЧНЫЙ ДРЫГАТЕЛЬ

Знаете, песня такая есть: «Вечный двигатель, вечный двигатель…», а я вот — вечный дрыгатель — так меня мама прозвала. Это потому, что я всё время с плеером хожу и под музыку дрыгаюсь. Без плеера жить не могу — и уроки с ним делаю, и ем, и даже в туалет хожу. Не люблю я, когда кругом тихо или кто-то бразильские сериалы обсуждает — тоска ведь! А с плеером хорошо! Слушай, что хочешь, а что не хочешь, до тебя и не дойдет — не услышишь. Одно плохо: то остановку свою проеду, потом возвращаться приходится, то ещё какая напасть. Однажды меня сама Ленка Воропаева в киношку пригласила, а я не услышал — от друзей потом узнал. Так обидно было, особенно когда она с Дёмкой Рябовым пошла! Локти себе кусал. Да это еще цветочки. Я когда хожу, в такт музыке, то подпрыгиваю и руками размахиваю. Один раз так замахнулся на Витьку Мырцова, что он мне такой фингалище засветил — месяц видно было! А Ленке, соседке моей, мороженое сшиб, да прямо на плащ её матери. Та потом к нам ругаться приходила, чтобы, мол, плащ в химчистку несли. Но это всё так, цветочки. Чего я себе никогда не прощу, так это скейтборда. Когда мой день рожденья приближался, мама меня спросила:

— Валентин, что тебе на день рожденья подарить? Ты скейтборд хотел?

А мне послышалось: «Валентин, иди-ка ты уроки учить», ну, я рожу-то и скривил, а мама поняла, что мне скейт и не нужен. И подарила мне, знаете что? Набор «Юный техник». Ей в магазине сказали, что это круто. А мне теперь стыдно друзьям признаться, что подарили — засмеют ведь. Так что я теперь одно ухо настороже держу и наушник туда не вставляю, мало ли что. Да и дрыгаться перестал.

ПУТАНИК

В субботу у нас, как правило, проходит генеральная уборка. Я её не люблю, потому что мама вечно заставляет меня убираться и разбираться. А мне хочется в это время поиграть с мальчишками во дворе, или посмотреть мультики, или что-нибудь смастерить. Но я беру пылесос и иду пылесосить квартиру. Мама обычно ругается, говорит, что я бестолковый и только гоняю пыль по углам. Вот и сегодня я начал лениво разбирать свои книжки и игрушки, переставляя их с места на место, потом пылесосил коридор, и вся обувь из-за этого переместилась в центр, ближе к кухне. Мама споткнулась об неё и закричала:

— Ну, Валька, брысь отсюда, ты только путаешься под ногами, — хотя это путалась обувь, а вовсе не я. — Иди лучше путайся у себя в комнате, на диване.

Я пошел в комнату, лег на диван и запутался… в покрывало. Запутался я с головой и заснул. Мама меня после уборки долго искала, а потом будила и выпутывала наружу. Мне понравилось. Я решил, что путаться надо почаще и по-разному. Следующий раз я тоже как-нибудь запутаюсь. Может в мамин шкаф с шубами или еще куда. А еще говорят, можно мешаться, это я тоже попробую. Интересно.

Бабушка же сказала, что нечего ребенка эксплуатировать и что хорошие мальчики на дороге не валяются. Мама подумала-подумала и, согласившись, сказала:

— Пусть лучше этот хороший мальчик валяется на диване, чище будет, чем, если на дороге.

И все согласились.

ПРОФЕССИЯ

Мама до сих пор вспоминает эту историю. Когда я был еще маленьким и мне было лет пять, к нам пришли гости. Обычно все взрослые любят приставать к ребёнку с одним и тем же вопросом. Покровительственно глядя на тебя, они обычно спрашивают: «Ну, скажи, пожалуйста, кем ты хочешь стать?» Естественно, время от времени, мне в голову приходили различные идеи, потому что интересовало многое. Я хотел стать и продавцом мороженого, и водителем грузовика, и крановщиком, и летчиком-космонавтом, и даже президентом. Каждое моё заявление гости встречали радостными и уважительными восклицаниями. Но тут на меня что-то нашло. Один из гостей, задав свой вопрос, ждал ответа. Остальные вежливо смотрели на меня, выжидая, что же на этот раз я отвечу. А я что-то задумался и думал минут пять, а потом решил: «Вы, знаете, — ответил я, — после долгих размышлений, я пришел к выводу, что лучше не работать». Гости оглушительно засмеялись, удивляясь моей сообразительности, а я не понял: «Чего тут смешного?», ведь почти все взрослые жалуются, что устают на работе, она их не радует. И я решил, что если с детства я такой умный, то пора мне уже мемуары писать.