Келли закрутила кран и пошла в комнату дочери — проведать, укрыть непоседу одеялом.
Но нет, девочка спала на редкость спокойно, да и в одеяло закуталась с ног до головы. Келли наклонилась к дочери, хотела погладить по голове, но руки утонули в нагромождении подушек и плюшевых животных.
Не понимая еще, что случилось, Келли сдернула одеяло и с ужасом уставилась на пустую кровать. Выбежав из комнаты, она рванулась в ванную. Пусто.
Анны нет.
— Анна? Анна!
Может, она вниз пошла? Проснулась, захотела поесть… Женщина стремглав сбежала вниз.
— Анна?
В кухне тоже никого.
Келли обежала весь дом. Этого не может быть. Не может быть! Она вернулась в комнату дочери, пошарила в пустой постели, распахнула шкаф, заглянула под стол…
Думай. Думай!
Спустилась в подвал. Нет, ничего. Номер полицейского участка она наизусть не помнила, пришлось посмотреть в записной книжке.
На том конце трубку сняли после второго гудка:
— Полиция Меррита.
Келли почувствовала, как внутри у нее что-то оборвалось.
— Моя дочь… Моя дочь пропала.
Автобус до Бостона уходил в четыре утра, хорошо бы на него успеть. Когда родители обнаружат, что их нет, беглецы уже будут далеко.
— А что, если они позвонят на автобусную станцию? — спросила Анна.
Генри ответил, что все обойдется. В такое время нормальные люди, включая родителей, спят.
Надо добраться до автобуса. Они шли уже полчаса, и ноги у девочки начали побаливать.
— Долго еще? — поинтересовалась она.
— Мили две, — пожал плечами мальчик. Далековато. Странно идти по городу одним, да еще ночью. В центре Меррита им не встретилось ни одной машины. В окне книжного магазина спал большой полосатый кот. Его звали Себастьян.
— Прощай, Себастьян, — шепнула Анна тихо, чтобы Генри не услышал.
С собой девочка взяла две смены белья и все сбережения — пятьдесят семь долларов. У ее друга было немногим больше. На эти деньги они рассчитывали добраться до Бостона, есть и ходить в кино. Генри сказал, что в городе наверняка найдутся ночлежки для бездомных детей.
Она могла бы задать больше вопросов, но зачем? Анна не собиралась убегать насовсем. Ей только нужно, чтобы мама поняла, что ошибалась. С Генри все по-другому. Он дома жить не может, родители достали. Им только отметки хорошие подавай, а так — плевать, что ребенок делает. Девочка вздохнула. Вот ее маме не плевать, вернее, было не плевать до встречи с Риком.
Рик Эванс… Его Анна ненавидела всем сердцем. Раньше мама с ним хоть была счастлива, а теперь злая стала, на всех срывается. Сегодня вот опять ни за что наорала, хотела в Индианаполис отослать. Ну и ладно! Пожалуйста!
Девочке в ботинок попал камешек, и она запрыгала на одной ноге, вытряхивая его. В этот самый момент из-за угла вывернула машина.
— Прячься! — крикнул Генри и отпрыгнул в тень.
Анна застыла на дороге, сжимая ботинок в руке. В глубине души она надеялась, что беглецов ищут. С каждым шагом становилось все страшнее, она уже почти передумала убегать.
Машина остановилась возле нее, водитель перегнулся через сиденье и внимательно поглядел на девочку. Выглядел он странно: зимняя куртка, шапка, шарф, намотанный на лицо… Анна не обратила на это внимания. Ей просто хотелось домой.
Водитель вышел из машины, и тут беглянка перепугалась. Почему он так одет, ведь тепло? Почему молчит? Девочка повернулась, чтобы задать стрекача, но крепкая рука схватила ее за плечо. Генри не было видно. Кажется, он все-таки успел спрятаться.
— Помогите! — закричала Анна.
Ее подбросило в воздух, сдавило, а потом к лицу прижали мокрую вонючую тряпку. Девочка отчаянно вскрикнула и потеряла сознание.
— Когда вы последний раз видели дочь? Детектив был одет в джинсы и футболку, открывавшую мускулистые руки. На правом предплечье виднелась татуировка: цветущая виноградная лоза.
— Работал под прикрытием, — объяснил мужчина свой странный для полицейского вид.
Келли пожала плечами и ничего не ответила. Детектив, одетый как бандит, сбивал ее с толку.
— Было часов девять, — начала Келли. — Анна в это время уже спит. Неужели кто-то пробрался к ней в комнату — на второй этаж?
— Следов взлома не обнаружено. Может быть, ваша дочь сама ушла из дому? Например, сбежала?
Она посмотрела детективу прямо в глаза.
— Не исключено. — Раньше такой вариант не приходил ей в голову. — Мы поссорились. Я считала, что Анне летом стоит поехать к моим родителям, а она ни в какую. Вот я ей и сказала, что решать буду я.